Творчество основоположника русского романтизма В. А. Жуковского идейно претворило новую страницу в истории отечественной литературы, которая в значительной степени определялась общественной обстановкой послевоенных лет.
Патриотический подъем, возникший во время военных событий 1812 года, осознание особой роли народа в жизни государства, усиливающееся осуждение существующих порядков и рас свободолюбивых идей политизации общественной жизни и литературы. Позднее И. И. Пущин назовет этот период «политической эпохой русской жизни».
Политическая направленность общественных интересов, проникая в литературную среду и сочетаясь с романтическими тенденциями, выражалась в вольнолюбивых мотивах творчества ряда поэтов и писателей 1815–1825 годов, в тематике журнальных публикаций, в образовании литературных обществ, в которых обсуждались все волнующие во современности. Литературная жизнь сочетается с жизнью общественной, становится ее фактором. Особенно ярко это проявилось в деятельности таких литературных обществ, как «Арзамас», «Зеленая лампа», «Вольное общество любителей российской словесности». Первым из них был «Арзамас», возникший в 1815 году в ходе литературной дуэли между Шаховским, приверженцем «Беседы» Шишкова, и Жуковским. Мысль о создании дружественного литературного кружка зародилась еще раньше. В 1814 году Жуковский писал Воейкову о желательности подобного объединения и среди предполагаемых участников называл Вяземского, Батюшкова, Уварова, Дашкова и др. Поводом к оформлению кружка послужили написание и постановка Шаховским, ярым «беседчиком», комедии «Липецкие воды, или Урок кокеткам», в которой под видом поэта Фиалкина был выведен Жуковский. На спектакле присутствовал поэт с друзьями, и когда Фиалкин заговорил стихами Жуковского, зрители стали обращать на него насмешливые взгляды. «Можно вообразить себе положение бедного Жуковского! — писал в своих воспоминаниях Вигель. — Можно представить удивление и гнев вокруг него сидящих друзей! Перчатка была брошена; еще кипящие молодостью Блудов и Дашков спешили поднять ее». Для отпора «беседчикам» было решено создать особое литературное общество «безвестных любителей словесности». «Арзамас» пародировал в своей структуре организационные формы «Беседы» с царившей в ней служебно-сословной и литературной иерархией. В «Арзамас» вошли лица сугубо частные, имена их признавались несущественными и взамен давались прозвища: сам Жуковский, избранный секретарем общества, был наречен Светланой, А. Тургенев получил имя Эолова арфа, серьезный сдержанный Дашков был прозван Чу (предостерегающее междометие), пылкий и темпераментный Блудов — Кассандрой, Вигель за характерный острый профиль получил прозвище Ивиков журавль и т. п.
Первое заседание общества состоялось в доме С. Уварова на Малой Морской, 21. В библиотеке хозяина за длинным столом собрались Жуковский, Вяземский, Блудов, Дашков, Вигель, А. Тургенев. В дружеской обстановке, среди веселья и оживленных споров были подписаны предварительные правила «Арзамаса», в составлении которых деятельное участие принимал Жуковский. Поэт изобрел особый шутливый ритуал приема в общество. По примеру парижской Академии будущий член должен был произносить похвальную речь покойному предшественнику. Так как члены «Арзамаса» были признаны бессмертными, то в качестве «покойника» выбирался кто-либо из здравствующих «беседчиков». Затем был изобретен и довольно сложный последующий церемониал. Так, например, прием в члены «Арзамаса» Василия Львовича Пушкина сопровождался целым рядом испытаний: «Пушкина ввели в одну из передних комнат, положили на диван и навалили на него шубы всех прочих членов», это так называемое «шубное пренье» было первым испытанием. Второе испытание состояло в том, что лежа под ними, он должен был выслушать чтение целой французской трагедии какого-то безвестного автора. «Потом с завязанными глазами водили его с лестницы на лестницу и привели в комнату с кабинетом. Кабинет, в котором все члены были ярко освещены, а эта комната оставалась темной и отделялась от него оранжевой, огненной занавеской. Здесь развязали ему глаза — и представилось ему посередине чучело огромное, безобразное, устроенное на вешалке для платья. Пушкину объяснили, что это чудовище означает дурной вкус, подали ему лук и стрелы и велели поразить чудовище. Василий Львович (надобно вспомнить его фигуру: толстый с подзобком, задыхающийся и подагрик) натянул лук, пустил стрелу и упал, потому что за занавеской был скрыт мальчик, который в ту же минуту выстрелил в него из пистолета холостым зарядом и повалил чучело».[140] Правда, таким образом принимали только добродушного В. Л. Пушкина.
Что можно и чего нельзя делать с мячом в игре
За умышленную игру ногой или кулаком мяч передается другой команде. Случайный же удар по мячу ногой или касание им ноги нарушением не являются.
О том, как игрок может осуществить поворот, начать ведение или остановиться при получении мяча, вы уже знаете. Однако о некоторых деталях этих элементов владения мячом хочется все же напомнить.
Ведение заключается в том, что баскетболист придает мячу движение, бросая, ударяя, катя его или касаясь снова, прежде чем мяча коснется другой игрок; при ведении мяч обязательно должен касаться пола. Количество шагов при ведении не ограничено.
Считается, что ведение завершено, как только игрок коснулся мяча одновременно двумя руками или задержал мяч одной или обеими руками. Игрок не может начать второе ведение после прекращения первого, за исключением случая, когда мяч, вышедший из-под его контроля, коснулся другого игрока, кольца или щита соперника.
Игрок может передвигаться с мячом в любом направлении, соблюдая следующие правила:
1. Игрок, получивший мяч стоя на месте, может сделать поворот, используя в качестве опорной любую ногу.
2. Игрок, получивший мяч находясь в движении или завершив ведение, может использовать двухшаговый ритм для остановки или передачи мяча; первый шаг считается состоявшимся, если игрок в момент получения мяча касается пола любой ногой или обе ноги игрока касаются пола одновременно после того, как он получит мяч в воздухе; второй шаг считается состоявшимся, когда после первого шага вторая нога касается пола или же обе ноги касаются пола одновременно.
3. Игрок может оторвать опорную ногу или прыгнуть при броске или передаче, но мяч должен быть выпущен из рук до того, как одна или обе ноги снова коснутся пола.
4. Нельзя отрывать от пола опорную ногу в начале ведения до того, как мяч будет выпущен из рук.
Объяснение:
