Трое друзей: Джордж, Гаррис и Джей (сокращённое от Джером) задумывают предпринять увеселительную лодочную прогулку вверх по Темзе. Они намереваются превосходно развлечься, отдохнуть от Лондона с его нездоровым климатом и слиться с природой. Сборы их длятся гораздо дольше, чем они изначально предполагали, потому что каждый раз, когда с огромными усилиями со стороны молодых людей саквояж оказывается закрыт, выясняется, что какая-нибудь необходимая для предстоящего утра деталь, типа зубной щётки или бритвенного прибора, оказывается безнадёжно погребённой в недрах саквояжа, который приходится вновь открывать и перерывать все его содержимое. Наконец в ближайшую субботу на три часа) под перешёптывания всех квартальных лавочников трое друзей и собака Джея, фокстерьер Монморанси, выходят из дома и сначала в кэбе, а потом на пригородном поезде добираются до реки.
На нить повествования о путешествии по реке автор нанизывает, как бусы, бытовые эпизоды, анекдоты, забавные приключения. Так, например, проплывая мимо Хэмптон-Кортского лабиринта, Гаррис вспоминает, как зашёл туда однажды, чтобы показать его своему приезжему родственнику. Судя по плану, лабиринт казался очень однако Гаррис, собрав по всей его длине человек двадцать заблудившихся и уверяя, что найти выход элементарно, водил их за собой по нему с утра до обеда, пока опытный сторож, пришедший во второй половине дня, не вывел их на свет божий.
Моулзейский шлюз и разноцветный ковёр пёстрых нарядов прибегающих к его услугам путешественников напоминают Джею о двух расфуфыренных барышнях, с которыми ему довелось однажды плыть в одной лодке, и о том, как они трепетали от каждой капельки, попадавшей на их бесценные платья и кружевные зонтики.
Когда друзья проплывают мимо Хэмптонской церкви и кладбища, на которое Гаррису непременно хочется взглянуть, Джей, не любитель подобного рода увеселений, размышляет о том, насколько навязчивы иногда бывают кладбищенские сторожа, и вспоминает случай, когда ему пришлось улепётывать от одного из таких хранителей со всех ног, а тот непременно хотел заставить его взглянуть на припасённую специально для любознательных туристов пару черепов.
Гаррис, недовольный тем, что ему даже по столь значительному поводу не позволяют сойти на берег, лезет в корзину за лимонадом. Одновременно с этим он продолжает управлять лодкой, которая не терпит подобной халатности и врезается в берег. Гаррис же ныряет в корзину, втыкается в её дно головой и, растопырив в воздухе ноги, остаётся в таком положении до тех пор, пока Джей не приходит ему на выручку.
Причалив у Хэмптон-парка, чтобы перекусить, путешественники вылезают из лодки, и после завтрака Гаррис начинает петь комические куплеты так, как умеет это делать только он. Когда приходится тянуть лодку на бечеве, Джей, не скрывая своего возмущения, высказывает все, что он думает о своенравии и коварстве бечевы, которая, будучи только что растянута, вновь немыслимым образом запутывается и ссорит всех, кто, пытаясь привести её в более-менее упорядоченное состояние, к ней прикасается. Однако, когда имеешь дело с бечевой, а особенно с барышнями, тянущими лодку на бечеве, соскучиться невозможно. Они умудряются обмотаться ею так, что чуть ли не душат себя, распутавшись же, бросаются на траву и начинают хохотать. Затем они встают, какое-то время тянут лодку слишком быстро и вслед за тем, остановившись, сажают её на мель. Правда, молодые люди, натягивающие для ночёвки на лодку парусину, тоже не уступают им в оригинальности исполнения. Так, Джордж и Гаррис закутываются в парусину и с почерневшими от удушья лицами ждут, пока Джей высвободит их из плена.
После ужина характер и настроение путешественников кардинальным образом меняются. Если, как они уже заметили, речной климат влияет на общее усиление раздражительности, то полные желудки, наоборот, превращают людей в благодушных флегматиков. Друзья ночуют в лодке, но, как это ни странно, даже самых ленивых из них не особенно располагают к продолжительному сну бугры и гвозди, торчащие из её дна. Они встают с восходом солнца и продолжают свой путь. Наутро дует резкий ледяной ветер, и от вечернего намерения друзей искупаться перед завтраком не остаётся ни следа. Однако Джею все же приходится нырнуть за упавшей в воду рубашкой. Весь продрогнув, он возвращается в лодку под весёлый смех Джорджа. Когда же выясняется, что намокла рубашка Джорджа, её владелец молниеносно переходит от необузданного веселья к мрачному негодованию и проклятиям.
Время Абая – сложное и неспокойное. Вековые патриархально-феодальные устои в степи стали расшатываться под натиском начавших проникать в аулы товарно-денежных отношений, усиливается феодальный и колониальный гнет; упразднение ханств и установление волостного правления усиливали борьбу за власть, вражду, принцип «разделяй и вла-ствуй» был в разгаре. И все же местн ая и колониальная власти не смогли остановить развитие казахской прогрессивной общественной мысли и ху-дожественной литературы. Это время ознаменовалось становлением и дальнейшим развитием национальной реалистической литературы, осно-воположником которой явился Абай Кунанбаев.Две замечательные женщины – бабушка Зере и мать Улжан - воспи-тывали Ибрагима. Он рос пытливым, внимательным, впечатлительным, за что мать дала ему другое имя – Абай (что значит внимательный, проница-тельный).
Начальное образование Абай получил в родном ауле, затем девяти-летним был отдан в медресе – мусульманскую духовную школу в г. Семи-палатинске. Религиозное схоластическое обучение не могло удовлетворить его, и он самовольно переходит в семипалатинскую русскую приходскую школу. Подобный поступок был своеобразным проявлением поисков само-стоятельного пути и начавшего формироваться личного достоинства юно-го Абая. К сожалению, сведений об этой школе и поре ученичества в ней Абая не осталось.ясный ум, гуманность, справедливость и любовь к народу — все эти замечатель-ные качества Абая сделали его необычайно популярным человеком. К не-му обращались за за советами люди, притесненные феодалами, чиновниками, люди, не находившие нигде справедливости, к нему шла мыслящая, восприимчивая молодежь, чтобы получить от него знания и по-учиться поэтическому мастерству.
Такая популярность Абая не нравилась противникам нового, русским чиновникам-колонизаторам, муллам, ненавидящим Абая за его демократи-ческие убеждения и просветительскую деятельность. На него сочиняли до-носы, называли «смутьяном среди народа», «неугомонным нарушителем обычаев, прав и установлений отцов и дедов». Дело кончилось тем, что, учинив обыск в ауле Абая, полиция запретила ему встречаться с русскими политическими ссыльными, над ним был установлен тайный надзор.
Все это причиняло Абаю душевную боль. К тому же на каждом шагу он сталкивался с отвратительными пороками действительности, социаль-ным и нравственным угнетением.
Абая преследовали и личные несчастья. В 1896 году умер его та-лантливый, образованный сын Абдрахман, который учился в Петербурге и на которого Абай возлагал большие надежды. Смерть сына значительно подорвала здоровье поэта.
Затем на него обрушился еще один удар судьбы — смерть другого сына, талантливого поэта — Магауи. Этого Абай пережить не смог. Через 40 дней после смерти сына скончался и великий поэт.
Отношение к окружающей действительности и внутренний мир по-эта с наибольшей полнотой и непосредственностью выразились в его ли-рике. Поэзия Абая богата по содержанию: это стихотворения на социаль-но-политические темы, стихи сатирические, философские раздумья, пей-зажная лирика, стихи о любви, дружбе, поэзии, науке. Лирика Абая знако-мит нас с его раздумьями о смысле жизни, о счастье человека, с его нрав-ственным идеалом.
Поэзия Абая — это громадный шаг казахской литературы к реали-стическому изображению жизни. В поэзии Абая нашли отражение разно-образные картины народной жизни, бескрайние просторы степей, жизнь и быт казахского аула, летние кочевья, подготовка к зиме, соколиная охота. Здесь и внутренний мир людей разных поколений, разные характеры. Абай любил свой народ, ему было дорого все, чем он жил, к чему стремился.
В пору своего творческого расцвета Абай создает ряд лирических произведений огромной социальной и художественной значимости, свиде-тельствующих об углублении и развитии реализма в его творчестве. В них казахская степь предстает перед читателями в своем величии и в самом ее разнообразном виде, в светлых и мрачных тонах. Примерами могут слу-жить стихи о временах года: «Весна», «Лето», «Осень», «Ноябрь - пред-дверие зимы...», «Зима», которые являются непревзойденными образцами не только пейзажной лирики, но и страстной гражданской, подлинно реа-листической поэзии.
Цикл стихов Абая о временах года принадлежит к числу наиболее проникновенных созданий абаевской поэзии. Впервые в истории казахской литературы степь предстала во всем ее разнообразии, впервые картины природы стали отражением сложной, полной глубоких социальных проти-воречий жизни казахского народа.
Подробнее - на -
