Васян Коваль
ответ:МУЗЫКА Музыка звучит в каждой сцене этой трагедии. Два великих композитора и музыканта, слепой старик-скрипач: вот все действующие лица. Именное на фоне музыки строиться трагедия. Рождается зависть, переходящая в ненависть. Задумывается и совершается преступление. Создается великий шедевр – Реквием. Траурную заупокойную мессу по усопшему Моцарт сочиняет на свою собственную грядущую смерть. ВИНО, ЯД Моцарт пьет вино, а не яд. Именно вино, в его представлении, последнее связующее звено для двух друзей, «сыновей гармонии», восходящей «гаммы» жизни Сальери и упавшего с небес дара Моцарта. Но пьет он это вино один («Постой, постой!.. Ты выпил!.. без меня?»). В реплике Сальери звучит не только растерянность, раскаяние, вызванное последними словами Моцарта, в ней все та же зависть. Моцарт сделал тот последний шаг, ведущий в иной мир, на который так и не решился Сальери (восемнадцать лет хранил он яд). Теперь Сальери готов разделить с Моцартом отравленное вино, чтобы вступить, как друзья, в иной мир, где царит гармония, в тот мир, отголоски которого так чаровали Сальери в игре Моцарта... ЗАВИСТЬ, ГРЕХ Первоначально Пушкин назвал эту трагедию «Зависть». Зависть – один смертных грехов. Подчиняет себе человека и приводит его к более страшному греху – убийству. ЗЛОДЕЙСТВО Сальери, живущий земными дарами (его монолог, почему он не испробовал дара Изоры), предлагает Моцарту свое «лекарство»: бутылку шампанского или «Женитьбу Фигаро». Но Моцарт тут же соединяет с именем Бомарше не только музыку Сальери («Тарара» сочинил), но и яд. Так яд полностью перемещается в реальную жизнь, даже обретает оттенок комизма и «ремесла»: Сальери Не думаю: он слишком был смешон Для ремесла такого. И тогда Моцарт находит то подлинное связующее звено, что объединит все контрасты, намеченные уже в трагедии. Это «гений»: Он же гений, Как ты да я. А гений и злодейство – Две вещи несовместные. Не правда ль? Моцарт дополняет «гений» понятием «гармония», а Сальери немедленно соединяет «гений» с ядом. Для Сальери этот вопрос и эта мысль Моцарта — последний удар, которого он уже не может вытерпеть. Он больше не в состоянии дожидаться нужного ему для совершения его «долга» веселого настроения «праздного гуляки»: Сальери Ты думаешь? (бросает яд в стакан Моцарта) Ну, пей же. Моцарт За твое Здоровье, друг, за искренний союз, Связующий Моцарта и Сальери, Двух сыновей гармонии. (пьет) Пушкин выстраивает в этой трагедии простой категорический силлоги́з, т.е. рассуждение, состоящее из трёх простых высказываний: двух посылок и одного заключения: Гений и злодей несовместны Сальери - злодей Значит он не гений. ПРЕСТУПЛЕНИЕ, РОК Преступление Сальери продумано, выстрадано: «Вот яд , последний дар моей Изоры. Осьмнадцать лет ношу его с собой» Его влечет к убийству тот же рок, который ведет Моцарта к гибели. Здесь Сальери лишь орудие в руках рока. Осознание этого приходит после совершения преступления. ПРИЗРАК
Объяснение:
1.
// описание функции, ее можно менять
function func(in_x:real):real;
begin
func:=-2*in_x*in_x*in_x*in_x*in_x + 4;
end;
var
h:real;
x:real;
a, b:real;
count_otr:integer;
begin
writeln('Input a = ');
readln(a);
writeln('Input b = ');
readln(b);
writeln('Input h = ');
readln(h);
count_otr:=0;
x:=a;
while (x <= b) do begin
{writeln('x = ', x:3:3, ' f = ', func(x));}
if (func(x)<0) then count_otr:=count_otr + 1;
x:=x+h;
end;
writeln(count_otr);
readln;
end.
2.
function func(in_x:real):real;
begin
func:=-2*in_x*in_x*in_x*in_x*in_x + 4;
end;
var
h:real;
x:real;
a, b:real;
f_min, x_min:real;
begin
writeln('Input a = ');
readln(a);
writeln('Input b = ');
readln(b);
writeln('Input h = ');
readln(h);
x_min:=a;
f_min:=func(a);
x:=a+h;
while (x <= b) do begin
{writeln('x = ', x:3:3, ' f = ', func(x));}
if (func(x)<f_min) then x_min:=x;
x:=x+h;
end;
writeln('x min = ', x_min:3:3, ', f min = ', func(x_min):3:3);
readln;
end.
