Почему политику николая 1 оценивают неоднозначно ?
3 аргумента​

Точной статистики жертв коммунистического режима в СССР не существует. Во-первых, не хватает достоверных документальных материалов. Во-вторых, трудно определить даже само это понятие – «жертва режима».

Можно понимать его узко: жертвы – это лица, арестованные политической полицией (органами безопасности) и осужденные по политическим обвинениям различными судебными и квазисудебными инстанциями. Тогда, с небольшими погрешностями, число репрессированных в период с 1921 по 1953 год составит около 5,5 миллиона человек.

Можно понимать его максимально широко и включать в число жертв большевизма не только разные типы депортированных, умерших от искусственного голода и убитых во время спровоцированных конфликтов, но и солдат, погибших на фронтах множества войн, которые велись во имя коммунизма, и тех детей, которые не родились из-за того, что их возможные родители были репрессированы или погибли от голода, etc. Тогда число жертв режима приблизится к 100 млн. человек (цифра того же порядка, что и население страны).

Тем не менее, интуитивно мы всегда можем различить тех, против кого коммунистическая власть предпринимала направленные действия, от тех, кто просто жил в этой несчастной стране, где пренебрежение к человеческой жизни, тяжелый принудительный труд и ограничение гражданских прав и свобод были скорее нормой, чем исключением.

Но, даже понимая, что какие-то категории населения последовательно уничтожались или дискриминировались, мы не можем просто «сложить», суммировать их в одну большую категорию «жертв» – слишком по-разному осуществлялось давление власти, слишком разными были и последствия.

Приведем данные о наиболее очевидных и массовых категориях жертв репрессий.

I. Люди, арестованные органами государственной безопасности (ВЧК – ОГПУ – НКВД – МГБ) и приговоренные к смертной казни, к разным срокам заключения в лагерях и тюрьмах или к ссылке. По предварительным оценкам, в эту категорию попадает за период с 1921 по 1953 год около 5,5 миллиона человек.

Сводные цифры, которые мы приводим в таблице №1, являются результатом анализа разных документальных источников – прежде всего, различных статистических отчетов органов безопасности. Эти данные не являются окончательными, более того, они заведомо неполны – слишком много лакун и противоречий в сохранившихся документах. Но хотя каждая отдельная цифра может быть скорректирована, однако общий масштаб репрессий и их динамика (см. диаграмму), как нам кажется, соответствуют исторической реальности.

Из этого можно было сделать вывод, что репрессии были из-за того, что надо было убирать врагов режима и всех несогласных с властью .

Приблизительно с 500 по 321 г. до н. э. в афинском полисе существовала демократическая форма правления. её называют первой в мире демократической системой[1][* 1]. любой гражданин имел право (и даже обязанность) участвовать в работе народного собрания. как отмечают, в эпоху расцвета афинской демократии около трети граждан одновременно занимали ту или иную государственную должность[2]. разделения властей в современном понимании не было. по мнению доктора юриспруденции к. романо, опыт афинской демократии по сей день привлекает внимание учёных больше, чем современные реализации демократии[3]. о современных представительских демократиях «гардиан» отмечает, что древние афиняне, скорее, назвали бы британскую и американскую политические системы олигархическими[4]. в конце xx века в западном мире прошла кампания по празднованию 2500 лет демократии (от реформ клисфена 508/507 гг. до н. э.)[5]. в. п. бузескул подчёркивал правовой характер афинской демократии, где воля народа ограничивалась законом[6]. древнегреческая демократия была неограниченной демократией только свободных граждан, оставляя без политических прав рабов и женщин, составлявших абсолютное большинство населения, античная демократия была рабовладельческой демократией[7]. рабы, метэки (иноземцы и освобожденные рабы) и женщины не имели прав граждан и не могли участвовать в государством. весьма вероятно, что соотношение свободных граждан к рабам было 1: 3, поэтому в государством (за вычетом женщин, детей и метэков) участвовали не более 15 % населения. с политической демократией по времени и положению совпала «вершина» классического наследия культуры античности[5].