Самые глубокие различия ментальности проявляются в языке. Смысл слов, которые мы числим синонимами, в различных языка различен. П. Флоренский отмечал, что греческий термин для обозначения вселенной – «космос» - подразумевает художественное единство мироздания. Латинское «миндус» от которого произведено французское «лемонд» значит собственно «украшение» А вот слово «мир» (русск.) - (и как «вселенная» и как «согласие») подразумевает единство нравственного начала, т.е. внутреннее единообразие. Мы верим, что жизнь во всем мире должна строиться по единым правилам.
В русском и украинском языках человек мыслится как пассивная категория: его судят, ему выделяют долю. Во французском и английском языках подчеркивается активная роль самого человека в определении его судьбы. Поэтому, столкнувшись с общей проблемой, европейцы сбиваются в коллектив и стараются её решить, мы же ругаем судьбу, власть и пытаемся выкрутиться поодиночке.
В европейских языках термины для обозначения организованного общества «State, Etat estate» восходят к латинскому status, означавшему нечто незыблемое, данность, от которого никуда не денешься. Первоначально этими словами обозначались сословия, позже они были перенесены на все сообщество в целом.
Мы же без зазрения совести переводим эти термины словами «государство» от производных государственная власть и сан управления государя.
Различие второе.
Автор византийского сочинения, приписываемого императору Маврикию, писал о славянах: «Так как между ними нет единомыслия, то они не собираются вместе, а если собираются, то решенное ими тотчас нарушается другими, так как все они враждебны друг другу и при этом никто не хочет уступить другому». Что изменилось? Наши эмигранты (и до революции 1917, и после нее), едва вырывавшись из под власти Российского государства, затевали грызню. Эту задиристость Ленин считал достоинством: «прежде чем объединятся, надо сперва размежеваться». Впрочем, размежеванием обычно у нас все и заканчивается. Мы чуть ли не все сплошь лидеры, никто не желает признать лидерство другого. Одинокие, постоянно враждующие друг с другом, мы обречены, терпеть иго государства. Примерно раз в сто лет, когда становится невмоготу, в России появляются вожди - Разин, Пугачев, Ленин и под его руководством либо пытаемся снести, либо сносим все до основания. Затем все начинается заново, мы в ужасе озираемся вокруг и оплевываем недавнего кумира.
