КРАТКИЙ КОНСПЕКТ
Когда мы говорим о культуре тех времен, то тут куда больше поводов восхищаться, чем грустить. Ведь даже пресловутое усиление османского влияния, которое в политической жизни оборачивалось различными неприглядными сторонами, в сфере культуры имело совершенно иное значение – благотворное и продуктивное. Окончательно интегрировавшись в богатейший мир зрелой османской культуры, Крым не только почерпнул там творческие силы и идеи для собственного культурного развития, но и сам внес серьезный вклад в османское культурное наследие.
XVII век – это эпоха расцвета ханской поэзии. Надо сказать, что это и в целом была эпоха расцвета высокой литературы в Крыму
Ведь не забудем, что XVII век – это эпоха расцвета ханской поэзии. Надо сказать, что это и в целом была эпоха расцвета высокой литературы в Крыму; от этого периода известны имена многих книжных людей, писавших и учивших в Крыму: законоведов, суфийских философов, различных прочих ученых. И не меньше можно назвать имен выходцев из Крыма, которые за пределами полуострова, в разных уголках Османской империи.
Но ханская поэзия – наверное, наиболее яркая часть этого наследия. На протяжении XVII столетия в Крыму поэты Газайи, Ремзи, Кямиль и ряд других. Газайи – тот и вовсе был не только поэтом, но и композитором, чьи произведения для тамбура являются признанной классикой османской музыки, а его стихи в свое время переводил даже Иван Франко. Все эти псевдонимы ничего не говорили бы нам, если бы реальные имена их носителей не были, так сказать, вписаны в исторические скрижали: ведь Газайи – это на самом деле Гази II Герай, Резми – Бахадыр I Герай, под псевдо Кямиль и Хани выступал Мехмед IV Герай, а Ремзи – это был Селим I Герай. И все это созвездие венценосных поэтов дал именно XVII век.
Ну и что касается памятников той поры, то некоторые из них можно видеть в Крыму по сей день. Это, например, мечеть Муфти-Джами в Феодосии, напоминающая нам об эпохе османского присутствия на полуострове – ведь эта мечеть была построена в первой половине XVII века при резиденции кефинского муфтия, верховного религиозного авторитета на полуострове, суду которого в исключительных случаях подлежали даже сами ханы.
Но еще более красноречивыми иллюстрациями своей эпохи, являются два других памятника XVII столетия: крепость Арабат на азовском побережье Крыма и караван-сарай Таш-Хан в городе Карасубазар, нынешний Белогорск.
И крепость, и постоялый двор для торговцев были основаны ранее XVII века, и существовали уже давно. Но именно в рассматриваемом нами столетии они были капитально перестроены и обрели совершенно новый вид, что пояснялось политической ситуацией того времени.
Дело в том, что малозаселенный азовский берег Крыма в первой половине XVII века стал излюбленным местом высадки донских казаков. Поскольку этот берег достаточно пустынен, донским отрядам порой удавалось незаметно высадиться там и тихо прокрасться в глубь полуострова, иногда даже довольно далеко: до самого Карасубазара и Старого Крыма. А надо сказать, что первый из этих городов был крупным экономическим центром страны, центром торговли, там находились богатые рынки и до десятка постоялых дворов, доверху набитых всяким добром, которое свозили туда приезжие торговцы. И вот, донским казакам порой удавалось застигнуть городскую стражу врасплох, напасть на Карасубазар и, разграбив его рынки, вернуться с добычей к морю и уплыть обратно на Дон.
Вот, для борьбы с таким явлением Мехмед IV Герай в середине XVII века и перестроил заново Арабатскую крепость, значительно укрепив и увеличив ее, а также и снарядив тяжелыми пушками для обстрела приближающихся казацких флотилий. Одновременно с этим ханский визирь Сефер-Гази-ага перестроил и главный постоялый двор Карасубазара, превратив его в подобие настоящей крепости с башнями и железными воротами, чтобы грабителям не так-то легко было проникнуть внутрь и завладеть ценностями.
Впоследствии Арабатская крепость была еще раз капитально перестроена в самом начале XVIII века, а от караван-сарая до наших дней остался лишь пятиметровый осколок стены в городском парке. Но тем не менее, эти два памятника, история которых тесно связана меж собой, являются красноречивыми свидетельствами эпохи, когда Крыму вновь довелось ощутить угрозу натиска внешних сил.