Если III и даже начало II тысячелетия до н.э в ближневосточной древности под знаком становления и развития первичных очагов цивилизации и государственности в шумеро-вавилонском Двуречье и Древнем Египте, то начиная со второй трети II тысячелетия до н.э. параллельно с ними активно функционировали и другие сильные государства, сыгравшие важную роль в истории. К их числу относятся Митанни, Ассирия, Хеттское царство. Чуть позже на арену активной политической жизни вышли также некоторые народы Восточного Средиземноморья.
Первые урбанистические центры на территории Западной Азии возникли очень давно. Достаточно напомнить о таких городищах, как анатолийский Чатал-Хююк или палестинский Иерихон. Но эти локальные очаги цивилизации или протоцивилизации долгое время не объединялись в политические структуры, подобные египетской или месопотамским. Ситуация стала решительно меняться именно со второй трети II тысячелетия до н.э., причем этому изменению вызванное касситским завоеванием политическое ослабление древней Вавилонии. Образовался своеобразный вакуум политической силы в Западной Азии -- и он начал энергично заполняться, благо претендентов было вполне достаточно.
Здесь важно оговориться, что практически все очаги государственности, о которых теперь пойдет речь, не были первичными в том смысле, что многие важнейшие элементы их социальной, экономической и политической структуры, равно как и религиозной культуры, включая и письменность, они заимствовали у предшественников, в первую очередь у государств древнего Двуречья. Впрочем, вторич-ность всех их в этом смысле отнюдь не исключает ни этнической оригинальности, ни даже принципиальной исключительности и неповторимости облика каждой из культур, каждого из народов и государств, о которых идет речь.
Первоначальный замысел строительства канала, соединяющего два океана, относится к XVI веку, но король Испании Филипп IIналожил запрет на рассмотрение подобных проектов, поскольку «что Бог соединил, человек разъединить не может». В 1790-е гг. проект канала был разработан Алессандро Маласпиной, его команда даже обследовала трассу строительства канала.
В связи с ростом международной торговли интерес к каналу ожил к началу XIX века; в 1814 году Испания приняла закон об устройстве междуокеанского канала; в 1825 году аналогичное решение принимает конгресс центрально-американских государств. Открытие золота в Калифорнии вызвало в США повышенный интерес к проблеме канала, и в 1848 году США по договору Хейса получили в Никарагуа монопольное право на постройку всех видов междуокеанских путей сообщения. Великобритания, чьи владения соприкасались с Никарагуа, поспешила обуздать экспансию США, заключив с ними 18 апреля 1850 году Договор Клейтона — Булвера о совместной гарантии нейтралитета и безопасности будущего междуокеанского канала. В течение всего XIX века фигурируют два основных варианта направления канала: через Никарагуа (см. Никарагуанский канал) и через Панаму.
