кончалась надоевшая зима. надо выезжать на новое кочевье. кибитка наша собрана, и весь немудрый скарб уложен в телегу, которую мы выпросили по случаю кочевья у богатых родичей. мы трогаемся и, отъехав с полверсты, останавливаемся, потому что нужно устроить шюр. впереди по краям дороги, в нескольких саженях друг от друга, мать раскладывает два костра. когда они разгораются, бросается в них по горсточке соли. между кострами прогоняется весь скот. некоторые коровы не хотят идти со всеми и норовят отойти в сторону. их приходится загонять силой. наконец все. после стада между кострами медленно проходит наша кибитка, и мы гурьбой плетемся за ней. огонь у калмыков – самое чистое, что есть на свете; огонь очищает нас. отсюда родился обычай при всяком начинании, переселении устраивать шюр. за зиму завелось немало всякой нечисти; через огонь эта нечистая сила не пройдет, и таким образом можно освободится от нее. «сгинь, пропади, нечистая сила! » — говорят калмыки в таких случаях. мы все огонь. теперь перед нами вольная степь, весь мир.
