Ещё с XI века поляки, венгры и литовцы боролись за стратегически важные регионы Галицию и Волынь, однако эти территории вошли в состав Киевской Руси. В XII веке в Галиции и Волыни образовалось Галицко-Волынское княжество, которое не давало соседям занять его земли. Иногда одной из сторон удавалось оккупировать часть княжества, но это, как правило, было ненадолго.
7 апреля 1340 года галицкие бояре отравили Юрия II Болеслава, князя Галицко-Волынского княжества. Княжий престол оказался вакантным. Его желали занять король Польши и литовский князь. Казимир III, польский король, доказывал свою правоту тем, что он тоже принадлежал к династии Пястов, из которой происходил отравленный монарх. У Любарта Гедыминовича, литовского князя, были свои аргументы: его первая жена была дочерью предыдущего галицко-волынского князя Льва Юрьевича. В спор на стороне поляков вмешалось королевство Венгрия, которое давно хотело занять Галицию. Для этого венгры стремились заключить с Польшей унию.
До войны монархи Литвы и Польши имели общие семейные связи и их страны находились в союзе. После смерти в 1339 году Алдоны Анны, жены Казимира III, которая приходилась Гедимину дочерью, и смерти самого Гедимина в 1341 году союз между государствами распался.
Объяснение:
Права и обязанности бояр. Вольные слуги и бояре вотчинники и помещики
Права и обязанности бояр по владению
Относительно прав и обязанностей бояр, как жителей известного уезда или волости и как землевладельцев, надо заметить, что в этом отношении бояре и все служилые люди принимались не по службе их, а по поземельным владениям. В этом отношении бояре имели те же права и обязанности, какие имели и земцы: на них, так же как на земцах, лежала обязанность тянуть судом и данью по земле и воде к тому городу, в уезде которого находились их владения; точно так же относительно землевладения, податей и повинностей с земель, бояре со времени татарского владычества нисколько не отличались от земцев, ко зато права бояр в их владениях были очень великими.
Им, во-первых, предоставлялось полное и независимое от князя распоряжение своими землями; князья в это не вступались, как это видно из следующего условия, встречающегося во всех договорных грамотах того времени: «А бояром и слугам межи нас вольным воля; а домы им свои ведати, а нам ся в них не вступати». Нередко боярам, как землевладельцам, предоставлялось и право суда и управления над людьми, жившими в их владениях. Впрочем, это право было только привилегией некоторых из бояр, а не составляло необходимой принадлежности боярского звания. Этим правом, как привилегией, пользовались и некоторые из общин; следовательно, оно зависело чисто от князя и не вытекало иа правбоярекого звания. (В нашей литературе было мнение противоположное этому, но это неверно.)
Во-вторых, бояре были совершенно обеспечены относительно прав на твои имения, хотя бы эти имения находились во владениях другого князя, а не того, которому служит боярин. (Это право существовало, конечно, только относительно вотчин, потому что поместья бояре получали только на время службы тому князю, который давал поместье.) Неприкосновенность поземельной собственности и личных прав бояр простиралась до того, что в случае обиды, нанесенной боярином в своей отчине князю, которому он не служил, суд над боярином назначался общий, т. е. как со стороны князя, которого он обидел, так и со стороны того князя, у которого он находился на службе. В-третьих, в самом платеже податей и в отправлении разных повинностей бояре и вообще служилые люди пользовались большими преимуществами и льготами перед людьми неслужилыми: с бояр хотя и шли подати и они наравне с земцами отбывали различные повинности, но в гораздо меньшем размере, чем неслужилые люди.
За все эти права и привилегии боярин по первому же зову князя должен был являться на службу; в противном же случае он лишался своих прав и привилегий; а потому даже старые и дряхлые и вообще больные из бояр не освобождались от службы. Если какой-нибудь боярин не мог сам идти в поход или вообще явиться на службу, то должен был в таком случае выставить определенное число слуг или послать своего родственника, который бы принял на себя его службу.
Таковы были правила относительно службы вотчинников; относительно же помещиков существовали еще более строгие правила. Как скоро какой-нибудь боярин, имевший поместье, лишался возможности служить, то должен был сдать свое поместье сыну или другому родственнику, который бы мог исполнять его служебные обязанности; но если такого не находилось, то у него отбиралось поместье. Исключение из этого было только одно — если помещик делался не служить от ран, полученных на войне, то в таком случае поместье не отбиралось у него, а оставлялось ему на прокормление.
