обе стороны пути; варвары стали скатывать со скалы огромные камни на карфагенян, нападали на них с высот; войско терпело большой урон. но не был обманут коварною дружескою встречею; он шел осторожно; конница, слоны, обоз у него были посланы вперед, а сам он с пехотою шел сзади. заняв белую гору, – меловую скалу, подымавшуюся отдельным утесом над тесниною, – он держался на широкой верхней террасе, отражал врагов, прикрывал путь остального войска. его осторожности, войско спаслось от погибели, но все‑таки потеряло много людей и часть обоза. урон был бы еще больше, если бы не было при войске при переходе через альпы слонов: вид этих животных ужасал галлов, так что они не смели приближаться к ним. на девятый день войско дошло до самого верха прохода. тут оно остановилось на два дня, отдыхая от тяжелого подъема, поджидая отсталых и заблудившихся, собирая разбежавшийся вьючный скот. воины упали духом, раздумывая о трудностях и опасностях, которые их впереди; даже ливийскими ветеранами овладело уныние среди покрытых снегом альпийских гор. заметив это, собрал воинов, показал на расстилавшиеся внизу перед ними прекрасные поля, стал говорить им о богатстве страны, в которую идут они, о том, что её жители будут их союзниками; пламенная речь его воодушевила их мужеством. оно было нужно им: спускаться с альп было так же трудно, как подыматься на них. от нападений альпийских горцев войско теперь мало терпело; но спуск был опасен и сам по себе, а наступившие осенние непогоды увеличивали затруднительность его. глубокие массы снега покрывали тропинки; каждый шаг был тяжел и неверен, а, поскользнувшись, человек падал в пропасть, потому что не было ни камня, ни куста, чтоб схватиться и удержаться. совершенное отчаяние овладело утомленными воинами , когда они на второй день пришли к альпийской теснине между отдельными утесами, заваленной снегом, от прежних лет покрывшимся гладкою ледяною корою, по которой лег рыхлый новый снег. спуск по этой скользкой коре был крут; ни вьючный скот, ни слоны не могли пройти тут; хотел обойти теснину по горам; но они тоже были завалены таким глубоким снегом, что пройти по ним оказалось невозможно. велел войску расположиться станом перед входом в теснину; воины принялись поочередно прочищать дорогу по снегу и скалам; работа была громадная, изнурительная. на третий день провели через теснину вьючный скот, лошадей, ослабевших от голода слонов и пустили их пастись на лугу долины, в которую спускалась теснина. после того войско без затруднений прошло по расширяющейся долине реки доры на равнину, кельтское население которой радостно встретило карфагенян, как друзей и освободителей; они отдохнули в богатых селениях, изобильных всяческим продовольствием. римских войск по соседству не было, и карфагеняне отдыхали четырнадцать дней, не тревожимые никем.
так завершился переход через альпы. достиг цели своего смелого похода. битвы, переправы через реки, ужасные трудности похода через альпы отняли у него много воинов, говорит полибий; много их, еще больше коней и вьючного скота упало в альпийские пропасти. но с непоколебимой смелостью , через пять месяцев по выступлении из нового карфагена, после пятнадцатидневного похода по горам, вступил в землю инсубров. по свидетельству надписи, сделанной им на колонне в лацинии, после перехода через альпы у оставалось тогда только 20.000 человек пехоты и 6.000 конницы. итак, его войско уменьшилось более, чем наполовину. в каком бедственном состоянии находилось оно, мы тоже знаем от полибия: «оно было совершенно изнурено трудным переходом через дикие альпы, холодом, лишением всяких удобств, – говорит он. – многие даже потеряли рассудок от страданий и истощения сил: в альпийских горах было невозможно доставать пищу для такого множества людей, а большая часть запасов, которые везли они с собою, погибла вместе с вьючным скотом».
