САЛАДИН (САЛАХ-АД-ДИН ЮСУФ ИБН АЮБ)
(1138-1193)
Победитель крестоносцев, египетский султан-полководец. Основатель египетской династии Аюбидов.
У полководца Салах-ад-дина Юсуфа ибн Аюба было много блистательных побед на поле брани над крестоносным европейским воинством и ближневосточными мусульманскими правителями. Но история назвала его героем арабского Востока прежде всего за битву близ Хаттина у Тивериадского озера. Сражение состоялось безжалостно жарким днем 4 июля 1187 года и стало для мировой военной истории удивительным примером скоротечности смертельной, бескомпромиссной схватки многих десятков тысяч людей, одетых в стальные доспехи.
Христианское войско Иерусалимского королевства, численностью около 20 тысяч человек, ведомые проставленным в Европе военачальником рыцарей-крестоносцев Гвидо де Лузиньяном, выступило в поход против сарацин. Так европейцы в ту эпоху называли ближневосточных мусульман. Рыцари знали, что в земли Палестины — Святой земли вторглось огромное конное войско египетского султана Салах-ад-Дина, которое готово было обрушиться на Иерусалим. Гвидо де Лузиньян, большой знаток рыцарских войн в своем отечестве, вряд ли мог предположить, что его именитый противник знал о продвижении крестоносцев все, начиная с тех минут, когда первые их отряды вышли за стены города-крепости. Сарацинскому полководцу не составило большого труда найти по пути вражеского войска место, где он мог развернуть свою легкую конницу. И, что самое главное, поистине блестяще совершить внезапное нападение.
Такое поле брани было найдено у Тивериадского озера близ Хаттина. Атакующие не позволили крестоносцам развернуться для боя и, по всей вероятности, большую часть их атаковали, когда те двигались в походной колонне. В ходе скоротечного боя мусульмане перебили или захватили в плен большую часть армии Иерусалимского королевства. Только небольшой ее части удалось избежать гибели или несчастной участи стать военнопленными, которых обычно превращали в рабов.
Одержанная победа действительно относилась к числу "знатных". Среди попавших в плен оказался военачальник крестоносцев Гвидо де Лузиньян и остатки отряда "Верного креста", который был призван вдохновлять христиан Ближнего Востока на борьбу с мусульманами. В плен были захвачены иерусалимский король, великий магистр ордена тамплиеров и маркграф Монферратский. Пленных рыцарей египетский султан или отпускал за богатый выкуп, или обменивал на своих пленных воинов. Участь же рядовых крестоносцев была совсем иной.
Відповідь:
Торговля — один из наиболее верных показателей культурного уровня народа. Если в его обиходе торговые отношения занимают выдающееся место, то и общий культурный уровень его высок — и наоборот. Этнография знает немного народов, которым торговля не была бы известна хотя бы в самой элементарной форме. Таким народом являлись аборигены Огненной земли, которым до знакомства с европейцами и в значительной степени даже позже незнакома была сама идея торговли. Наряду с ними стояли многие из австралийских дикарей. Цейлонские ведды даже придя в соприкосновение с культурными пришельцами, могли додуматься только до самого первобытного вида обмена, который Летурно называл фр. commerce par dépôts (торговля путём складочных мест). Как только усложнятся материальные условия жизни, как только появятся орудия и вообще зачатки промышленности, возникает и идея обмена. Летурно ищет происхождение торговых сношений в обычае обмениваться подарками. Несомненно одно: экономический характер обмен получил не сразу. Первоначально он имел символическое значение, санкционируя союз, мир, дружбу, вступление в более близкие отношения. Первый признак, по которому можно судить, что обмен начинает получать хозяйственное значение — это установление обычая обмениваться предметами более или менее равноценными или считающимися равноценными. Быть может, чтобы отличить обмен, как таковой, от символической мены, дикари ввели в обычай те складочные места, которые уже Геродот отмечает у ливийцев и которые и по настоящее время встречаются, кроме веддов, у эскимосов, у полинезийцев, у африканских мавров, в Абиссинии. Уже у дикарей мы встречаем в эмбриональной форме два существенно необходимых условия для развития торговли: специализацию промышленности и монету. Роль последней в разных местах играют драгоценности, украшения (раковины), меха, рабы, скот и пр.
Пояснення:
