Тигра́нII Вели́кий - царь Великой Армении в 95 - 55 до н. э.из династииАрташесидов, зять Митридата, покорил Месопотамию и Сирию, покорилпарфян, в 69 до н. э. побеждён римским полководцем Лукуллом приТигранакерте, в 66 до н. э. подчинился Помпею. Тиграном Великимсовершены наиболее значительные завоевания Великой Армении.В первыегоды правления присоединил к своему царству Софену, Атропатену,западную часть Мидии и часть Каппадокии Мелитену — когда-то центробразования армянской народности.
Объяснение:
1После нас хоть потоп ( фр. Après nous le déluge или après moi, le déluge ) - крылатая фраза, впервые предпринята после унизительного для французов поражения при Росбахе . Есть два варианта интерпретации этих слов. Обычно, в частности в постсоветском среде, это переводится как: после нас пусть гибнет весь мир и приписывают маркизе де Помпадур , любовники Людовика XV. В этом смысле фраза стала символом политики широких расходов, которую проводил Людовик. Приводят цитату для обозначения самоубийственной или недальновидной политики, осуществленной против интересов народа, критикуя единоличную власть. Могут быть сомнения по поводу того, как унизительная битва при Росбахе могла вдохновить маркизу де Помпадур на такие легкомысленные и пренебрежительные слова. С другой стороны такой перевод фразы на постсоветском среде объясняется тем, что национальные элиты постсоветских государств учились преимущественно по советским учебникам истории, где к французской монархии относились пренебрежительно, поскольку считали ее буржуазной. А после развала СССР национальные элиты постсоветских государств пересмотрели только видение национальных историй, однако не просматривали видение мировой истории . Второе значение встречается в англоязычной среде: после нас - потоп . Автор цитаты в таком смысле может подразумевать, что его единоличная власть удерживает стабильность в стране. А после смены власти, например революционным путем, начнется потоп. В этом смысле, эти слова используются для защиты единоличной власти. Например, Нью-Йорк Таймс :2«После нас хоть потоп» (фр. ... Après moi le déluge [a. pʁɛ mwa lə de. lyʒ]), то есть после нашей смерти погибай хоть весь мир; это выражение принадлежит маркизе де Помпадур и было в первый раз употреблено ею при получении Людовиком XV глубоко поразившего его известия о неудачном сражении при Росбахе (1757).
