ответ:
третье отступление аттилы европу в изумление. он презрел константинополь, это уже было уму непостижимо. ушел с каталаунских полей, уводя армию, втрое — вчетверо превышавшую западную коалицию, что тоже странно. но отказаться от рима! этого понять не мог никто.
следовало ли поверить в чудо? в череду чудес, сотворенных для спасения запада? вмешательство льва i способствовало этой вере. люди были суеверны. в те времена церковь остерегалась охлаждать воодушевление, которое было ей на руку. поверили в чудо.
лев i разом превратился в льва великого, его канонизация была неизбежной. по словам проспера аквитанского, лев якобы сказал валентиниану по возвращении в рим: « господа, который спас нас от великой опасности». а мог ли папа сказать что-нибудь другое?
следуя той же логике невероятного, для объяснения исчезновения аттилы выдумали легенду о «даре елене». елена якобы была юной римлянкой, прекрасной, чистой и благочестивой, жившей в окрестностях мантуи. она осталась одна в родительском доме, покинутом ее родными перед приходом гуннов, потому что не боялась ничего — только прогневить господа.
аттила проезжал мимо, попросил накормить его, она его угостила. они поговорили наедине. она сообщила ему о своем решении посвятить свою жизнь богу, богу любви и мира, и подивилась тому, что он беспрестанно воюет и убивает бедных людей. аттила ответил, что он бич божий и должен выполнять свое предназначение. когда же оно будет исполнено? — якобы спросила елена. может, оно уже свершилось? аттила вроде бы смутился, пообещал подумать. после раздумий он и решил повидаться с папой.
по другой версии, император переспал с молодой христианкой, которая пожертвовала ему своей девственностью за обещание уйти.
те же самые предположения, которые уже строили после ухода из-под константинополя и с каталаунских полей, всплыли после отказа от рима. их можно свести к трем основным гипотезам.
во-первых, исход любой битвы не предрешен до самого конца. аттила, и так уже будучи победителем, не стал лишний раз рисковать. по мнению одних, он выказал высшую мудрость, презрев славу от вступления в столицу западной империи — рим цезаря и августа. на взгляд других, это была странная слабость, дававшая надежду на реванш.
