Эпоха железа, или железный век, — третья из технологических макроэпох в истории человечества (вслед за каменным веком и эпохой энеолита и бронзы). Термином «ранний железный век» принято обозначать первую стадию эпохи железа, приблизительно датируемую в пределах рубежа II-I тыс. до н.э. — середины I тыс. н.э. (с определенными хронологическими вариациями для разных регионов).
Употребление термина «железный век» имеет долгую предысторию. Впервые идея существования эпохи железа в человеческой истории была четко сформулирована в конце VIII — начале VII в. до н.э. древнегреческим поэтом Гесиодом. Согласно его периодизации исторического процесса (см. Введение), современный Гесиоду железный век оказывается последней и наихудшей стадией человеческой истории, на которой людям нет «передышки ни ночью, ни днем от труда и от горя» и «лишь одни жесточайшие, тяжкие беды людям останутся в жизни» («Труды и дни», стрк. 175-201. Пер. В.В. Вересаева). У Овидия в начале 1в. н.э. этическое несовершенство эпохи железа еще более акцентировано. Древнеримский поэт именует железо «худшей рудой», в эпоху господства которой «стыд убежал, и правда, и верность; и на их место тотчас появились обманы, коварство; козни, насилье пришли и проклятая жажда наживы». Нравственное вырождение людей карается всемирным потопом, уничтожающим всех, исключая Девкалиона и Пирру, которые возрождают человечество («Метаморфозы», гл. I, стрк. 127-150, 163-415. Пер. С.В. Шервинского).
Как видим, в оценке эпохи железа этими древними авторами особенно сильна была взаимосвязь культурно-технологического аспекта с философско-этическим, в частности эсхатологическим, т.е. железный век мыслился как своего рода преддверие конца света. Это вполне закономерно, ибо первичные концепции исторической периодизации окончательно оформились и запечатлелись в письменных источниках именно в начале реального железного века. Следовательно, для первых авторов создававших периодизацию истории, культурно-технологические эпохи предшествующие железному веку (будь то мифические, как век золота и век героев, или реальные, как век меди) были давним или недавним тогда как сам железный век — современностью, недостатки которой всегда видны яснее и более ощутимы. Поэтому начавшаяся эпоха железа воспринималась как некий кризисный рубеж в человеческой истории. Кроме того, железо, победившее бронзу прежде всего в оружейном деле, неизбежно стало для свидетелей этого процесса символом вооружения, насилия, разрушения. Не случайно у того же Гесиода Гея-Земля, желая наказать Урана-Небо за его злодейства, специально создает «породу седого железа», из которого и делает карающий серп («Теогония», стрк. 154-166. Пер. В.В. Вересаева).
Таким образом, в древности термину «железный век» изначально сопутствовала эсхатологически-трагическая трактовка, причем эта древняя традиция нашла продолжение и в новейшей художественной литературе (см., например, поэму А. Блока «Возмездие»).
Однако еще соотечественник Овидия Лукреций в первой половине I в. до н.э. обосновал в поэме «О природе вещей» качественно новую, исключительно производственно-технологическую характеристику исторических эпох, и в том числе эпохи железа. Эта идея в конечном счете легла в основу первой собственно научной концепции К.Ю. Томсена (1836). Вслед за тем возникла проблема хронологических рамок эпохи железа и ее внутреннего деления, о чем в XIX в. велись долгие дискуссии. Окончательную точку в этом споре поставил основатель типологического метода О. Монтелиус. Он отметил, что нельзя указать единую абсолютную дату смены эпохи бронзы эпохой железа на всей территории ойкумены; отсчет начала железного века для каждого региона следует вести с момента преобладания железа и сплавов на его основе (в первую очередь, это сталь) над другими материалами в качестве сырья для оружия и орудий труда.
Позиция Монтелиуса нашла подтверждение в последующих археологических разработках, которые показали, что сначала железо использовалось как редкое сырье для украшений (иногда в сочетании с золотом), затем — все чаще для производства орудий труда и оружия, постепенно вытесняя медь и бронзу на второй план. Таким образом, в современной науке показателем наступления железного века в истории каждого конкретного региона является использование железа рудной природы для изготовления основных форм орудий труда и оружия и широкое распространение железной металлургии и кузнечного дела.
Наступлению железного века предшествует длительный подготовительный период, относящийся к предшествующим технологическим эпохам.
1)овладение Волжским торговым путем в целях развития торговли со странами Востока; 2)открытие возможности для беспрепятственного продвижения на Восток — в Приуралье и на Урал; 3)обеспечение безопасности со стороны Крыма; 4)укрепление на берегах Балтийского моря; 5)возвращение западнорусских земель.6)
Наибольшего могущества Казахское ханство достигло в первой четверти XVI в. в период правления хана Касыма. В период его правления численность населения Казахского ханства впервые достигла одного миллиона человек. Борьба за присоединение присырдарьинских городов была главным направлением внешней политики хана Касыма.7)В статье рассмотрены главные степные законы казахского народа, нормы административного, уголовного, гражданского права, а также положения о налогах, религиозных воззрениях и все стороны жизни казахского общества. 8)Есима исконный путь — свод законов адата Ада́т — обычное право в традиционном обществе казахов, созданный в период правления Касым-хана (1511—1521) принятый в Казахском ханстве в период правления Есим-хана (1598—1645).
