Мир искони делился на две части — восток и запад. это не только деление, но также и порядок вещей, обусловленный самой природой разумного существа: это — два принципа, соответствующие двум динамическим силам природы, две идеи, обнимающие весь жизненный строй человеческого рода. сосредоточиваясь, углубляясь, замыкаясь в самом себе, созидался человеческий ум на востоке; раскидываясь вовне, излучаясь во все стороны, борясь со всеми препятствиями, развивается он на западе. по этим первоначальным данным естественно сложилось общество. на востоке мысль, углубившись в самое себя, уйдя в тишину, скрывшись в пустыню, предоставила общественной власти распоряжение всеми благами земли; на западе идея, всюду кидаясь, вступаясь за все нужды человека, алкая счастья во всех его видах, основала власть на принципе права; тем не менее и в той, и в другой сфере жизнь была сильна и плодотворна; там и здесь человеческий разум не имел недостатка в высоких вдохновениях, глубоких мыслях и возвышенных созданиях. первым выступил восток и излил на землю потоки света из глубины своего уединенного созерцания; затем пришел запад со своей всеобъемлющей деятельностью, своим живым словом и всемогущ1™ анализом, овладел его , кончил начатое востоком и, наконец; , поглотил его в своем широком обхвате. но на востоке покорные умы, коленопреклоненные пред авторитетом, истощились в безропотном служении священному для них принципу и в конце концов уснули, замкнутые в своем неподвижном синтезе, не догадываясь о новых судьбах, которые готовились для них; между тем на западе они шли гордо и свободно, преклоняясь только пред авторитетом разума и неба, останавливаясь только пред неизвестным, непрестанно устремив взор в безграничное будущее. и здесь они еще идут вперед,— вы это знаете; и вы знаете также, что со времени петра великого и мы думали, что идем вместе с ними. мы живем на востоке европы — это верно, и тем не менее мы никогда не принадлежали к востоку. у востока — своя , не имеющая ничего общего с нашей. ему присуща, как мы только что видели, плодотворная идея, которая в свое время обусловила громадное развитие разума, которая исполнила свое назначение с удивительной силою, но которой уже не суждено снова проявиться на мировой сцене. эта идея поставила духовное начало во главу общества; она подчинила все власти одному ненарушимому высшему закону — закону ; она глубоко разработала систему нравственных иерархий; и хотя она втиснула жизнь в слишком тесные рамки, однако она освободила ее от всякого внешнего воздействия и отметила печатью удивительной глубины. у нас не было ничего подобного. духовное начало, неизменно подчиненное светскому, никогда не утвердилось на вершине общества; закон, традиция, никогда не получал у нас исключительного господства; жизнь никогда не устраивалась у нас неизменным образом; наконец, нравственной иерархии у нас никогда не было и следа. дело в том, что мы еще никогда не рассматривали нашу с философской точки зрения. ни одно из великих событий нашего национального существования не было должным образом характеризовано, ни один из великих переломов нашей не был добросовестно оценен; я сказал только и повторяю, что пора бросить ясный взгляд на наше и не затем, чтобы извлечь из него старые, истлевшие реликвии, старые идеи, поглощенные временем, старые антипатии, с которыми давно покончил здравый смысл наших государей и самого народа, но для того, чтобы узнать, как мы должны относиться к нашему именно это я и пытался сделать в труде, который остался неоконченным и к которому статья, так странно задевшая наше национальное тщеславие, должна была служить введением. без сомнения, была нетерпеливость в ее выражениях, резкость в мыслях, но чувство, которым проникнут весь отрывок, нисколько не враждебно отечеству: это — глубокое чувство наших немощей, выраженное с болью, с горестью, — и только. больше, чем кто-либо из вас, поверьте, я люблю свою страну, желаю ей славы, умею ценить высокие качества моего народа; но верно и то, что патриотическое чувство, одушевляющее меня, не совсем похоже на то, чьи крики нарушили мое спокойное существование и снова выбросили в океан людских треволнений мою ладью, приставшую было у подножья креста. вопросы: 1. на какие две части делится мир с точки зрения чаадаева? 2. какие характеристики он им дает? 3. к какой части мира философ относит россию? 4. как он объясняет тем, кто его не правильно понял, свою позицию? 5. какой путь развития должна выбрать россия? 6. согласны ли вы с ним?