Ничто не представляется более трудным, чем умение заставить членов одного и того же общества действовать сообща. Кажется, ничто не требует такой проницательности, прозорливости и силы воли, как искусство направлять противоречивые страсти множества людей к единой цели и к общему центру, от которого они беспрестанно отклоняются. Способность заставлять все частные устремления человеческих воль содействовать осуществлению общего плана, часто противоречащего склонностям, личным интересам и предрассудкам людей, умение подчинять их общественной воле, определяемой законом,- поистине высшее проявление мудрости, наученной жизненным опытом или
