«ПОЦЕЛУЯМИ ПРЕЖДЕ СЧИТАЛ», стихотворение раннего Лермонтова. (1832), мотивы, идеи и общая тональность которого более характерны для позднего периода творчества поэта. В стихотворении Лермонтов. подводит черту под прожитой жизнью, оценивая ее предельно обобщенно, резко, без полутонов, с противоположных по смыслу символизированных определений: «Поцелуями прежде считал я счастливую жизнь свою»; «И слезами когда-то считал я мятежную жизнь мою». Но эти антиномичные состояния оказываются уравненными и несостоятельными перед главным исходом: «Но теперь я от счастья устал, / Но теперь никого не люблю». Повтор последнего стиха в первых двух четверостишиях настойчиво утверждает в настоящем времени одно-единственное всепоглощающее состояние лирического героя. Однако в третьей, заключительной строфе устойчивость авторской позиции исчезает. Поэт рисует символический образ «разорванного» сознания; лирический. герой отказывается от любви, этой главной нити, связующей его с людьми (ср. также в стих. «И скучно и грустно»: «Любить — но кого же? — На время не стоит труда, / А вечно любить невозможно»), что ведет к мучительной пытке «дурной бесконечностью» времени. Он не может жить ни ибо оно необратимо, ни надеждой, ибо он не может любить. Сознание «не в силах согласовать все эти временны́е ориентиры», овладеть своим собственным субъективным временем: «И я счет своих лет потерял / И крылья забвенья ловлю: / Как я сердце унесть бы им дал! / Как бы вечность им бросил мою!». Таим образом, лирический герой выпадает из естественного. ритма человеческого бытия («счет своих лет потерял»). Образ лирического. героя, проходя различные стадии «кристаллизации», сближается с образом демона в одноименной поэме (1829—39); демон также неукоренен в человеческом бытии, его удел — такое же абсолютное одиночество: «Один, как прежде, во вселенной, / Без упованья и любви!..», а желание забвения мучительно и неосуществимо.
Твета. — Том! Нет ответа. — Удивительно, куда мог деваться этот мальчишка! Том, где ты? Это старенькая тетя Полли зовет оставшегося на ее попечении озорника Тома. Проказник в это время в чулане поедает варенье. Тетя уже собралась отстегать его за это прутом, но мальчишка отвлек ее внимание, перемахнул через забор и удрал. Тетя любит и даже балует сына своей покойной сестры, однако церковь говорит ей: «Кто жалеет розги — тот губит ребенка» . Тома надо наказать — заставить в праздник работать. А то ведь совсем распустится! Том в школу не ходил, а весело провел время, купаясь. Его выдает сводный младший брат Сид — послушный мальчик, ябеда и тихоня. Том убегает и бродит по городку до самого вечера, с удовольствием задираясь с другими мальчишками. На следующее утро тетя все-таки изловила Тома и заставила его белить почти тридцатиметровый высокий забор. Изобретательный мальчишка пытается уговорить сделать эту работу маленького раба — чернокожего Джима, но тот очень боится «старой миссис» . Внезапно Тому пришла в голову блестящая мысль: он притворился, что для него белить забор — одно удовольствие. Окрестные мальчишки подходили подразнить и его и. . .выкупали право побелить хоть немного за ребячьи сокровища: алебастровые шарики, пищалки, недоеденные яблоки. . .И даже дохлую крысу с привязанной к ней веревкой, чтобы было удобнее вертеть.
И вот однажды в одно воскресное утро, когда нужно было идти в церковь, тому пришла в башку идея на 100 долларов. Он притворился, что заболел, дескать брюхо болит--объелся вчера яблок с соседнего сада. Ладно, тётка ушла одна, а Том, забравшись на чердак, достал старую книгу про морские путешествия и жадно стал вчитываться в удивительные приключения морских пиратов. На ум тут же пришло в голову соорудить плот, на котором он мог бы оправиться в плавание со своим другом Геком. Он спустился с чердака и пошёл искать Гека, который весь день проводил на базаре, ковыряясь в придорожных канавах в поисках оброненных центов или таская за хвосты кошек и сцобак. Не один день они проводили за постройкой своего плота, а когда он был готов, стали запасать продукты: Том исхитрился утащить у тётки 3 банки варенья, кусок сала, два калача хлеба, круг домашней колбасы и одно яблоко. Гек пришёл на встречу с дохлой крысой, с полумёртвой кысой и тремя лапками от заколотой курицы. Не долго думаю, они натянули парус, сшитый суровыми нитками из старых тёткиных панталон, оттолкнулись от берега шестом и отправились покорять дальние страны, не забыв при этом, водрузить флаг с черепом и костями на топ мачты. Воображение рисовало им удивительные приключения в Южной Америке, бычачьи бои, петушачьи и тараканьи бега.
0,0(0 оценок)
Полный доступ
Позволит учиться лучше и быстрее. Неограниченный доступ к базе и ответам от экспертов и ai-bota
Оформи подписку
