Скаких художественных средств изображена гроза в данном отрывке?
почему на ваш взгляд она сопровождает сцену прощания героев с подвалом?

тут мастер поднялся, огляделся взором живым и светлым и спросил:
– что же означает это новое?
– оно означает, – ответил азазелло, – что вам пора. уже гремит гроза, вы слышите?
темнеет. кони роют землю, содрогается маленький сад. прощайтесь с подвалом, прощайтесь скорее.
– а, понимаю, – сказал мастер, озираясь, – вы нас убили, мы мертвы. ах, как это умно! как это вовремя! теперь я понял все.
– ах, помилуйте, – ответил азазелло, – вас ли я слышу? ведь ваша подруга называет вас мастером, ведь вы мыслите, как же вы можете быть мертвы? разве для того, чтобы считать себя живым, нужно непременно сидеть в подвале, имея на себе рубашку и больничные кальсоны? это смешно!
– я понял все, что вы говорили, – вскричал мастер, – не продолжайте! вы тысячу раз правы.
– великий воланд, – стала вторить ему маргарита, – великий воланд! он выдумал гораздо лучше, чем я. но только роман, роман, – кричала она мастеру, – роман возьми с собою, куда бы ты ни летел.
– не надо, – ответил мастер, – я помню его наизусть.
– но ты ни ни слова из него не забудешь? – спрашивала маргарита, прижимаясь к любовнику и вытирая кровь на его рассеченном виске.
– не беспокойся! я теперь ничего и никогда не забуду, – ответил тот.
– тогда огонь! – вскричал азазелло, – огонь, с которого все началось и которым мы все заканчиваем.
– огонь! – страшно прокричала маргарита. оконце в подвале хлопнуло, ветром сбило штору в сторону. в небе прогремело весело и кратко. азазелло сунул руку с когтями в печку, вытащил дымящуюся головню и поджег скатерть на столе. потом поджег пачку старых газет на диване, а за нею рукопись и занавеску на окне. мастер, уже опьяненный будущей скачкой, выбросил с полки какую-то книгу на стол, вспушил ее листы в горящей скатерти, и книга вспыхнула веселым огнем.
– гори, гори, прежняя жизнь!
– гори, страдание! – кричала маргарита.