Сентименталисты как критики классицизма. Из всего сказанного можно заключить, что сентименталисты, будучи противниками классицистов, оставались просветителями. Они настаивали на просвещении души, а не разума. Сентименталисты отрицали плодотворность и пользу классицистических правил, потому что сердце живет не по правилам рассудка. Подрывая правила классицизма, они открывали дорогу новым литературным идеям и формам, новым художественным системам.
Благодаря языковой реформе Карамзина, убеждавшего «писать так, как говорят», сближать язык письменный и разговорный, сентименталисты ввели в употребление новый язык «внутреннего человека». С его они передавали тонкие душевные переживания, тайные движения сердца, неуловимую смену настроений, колебание и противоречивость чувств, мотивы томления, сердечную меланхолию. Они создали образцы нового сентиментального стиля.
Вместе с тем, несмотря на полемику с классицизмом, сентименталисты приняли его основное понятие в области языка художественной литературы — правильный и образованный вкус. Из философии и нравственности Просвещения они взяли идею гражданского и личного воспитания. Все это доказывает, что в переходную эпоху конца XVIII — первого десятилетия XIX века литература находилась в состоянии брожения, что литературные явления не только соперничали между собой, но и взаимодействовали. Одновременно русский сентиментализм усваивал и новые художественные веяния, например немецкого и английского предромантизма1. С одной стороны, он тяготел к эстетике периода «Бури и натиска» с ее яркими красками, резкими чертами в психологической обрисовке героя, нарочитой стилевой напряженностью и заостренностью, а с другой — к жанровым и стилевым особенностям английского «готического романа», называемого также «черным романом», «романом ужасов и тайн». В это время в России очень популярны английские писатели Анна Радклиф, Томсон, Юнг, Макферсон, создатель знаменитых «Песен Осси-ана». Здесь уже чувствуется смена литературных влияний и переход от Франции, занимавшей первое место в эстетической ориентации русских писателей, к Англии. Воздействие предромантизма на русский сентиментализм было двойственным: он продолжал сентиментализм и отвергал его. Так, Средневековье выступает в готическом романе как эпоха варварства и дикости, что вполне укладывалось в художественные принципы просветительства. Но в отличие от просветительства эпоха варварства и дикости полна эстетической значимости — это мир драматических конфликтов, источник величественного, возвышенного, выступающего в форме «ужасного». Такое понимание Средневековья не противоречит сентиментализму, а согласуется с его поэтикой: сентиментализм знает такие противоречивые переживания, как «сладкий ужас», «сладкая меланхолия». Черты «романа ужасов» (жертва заключена в подземелье или в башню, действие происходит в средневековом замке, ощущается присутствие сверхъестественного начала, которое, однако, объясняется разумно — вполне естественными причинами) обнаруживаются в творчестве многих русских сентименталистов, в частности Н. М. Карамзина («Остров Борнгольм»), Предромантизм (готический роман, немецкие драмы Шиллера, ) представил читателю в противовес сентиментализму не чувствительного героя, а страстного героя-злодея.
