Джон Сильвер (John Silver) – вымышленный персонаж, один из главных злодеев романа Роберта Льюиса Стивенсона (Robert Louis Stevenson) 'Остров сокровищ' ('Treasure Island').
Объяснение:
При слове «пират» сразу возникает образ одноногого моряка с попугаем на плече. И неважно, что Джон Сильвер – персонаж сугубо литературный: всё равно он достаточно реалистичен (в отличие, к примеру, от карнавального Джека Воробья). Впрочем, если уж говорить о реализме, нужно уточнить один очень интересный момент, связанный с Сильвера.
Если помните, однажды ночью во время плавания на Остров сокровищ Сильвер в компании матросов пустился в воспоминания, не догадываясь, что его слышит юнга Джим Хокинс, сидящий в бочке из-под яблок. В самом известном, множество раз переизданном русском переводе «Острова сокровищ» Сильвер говорит:
« – Джентльмены удачи, – ответил повар, – редко доверяют друг другу. И правильно делают. Но меня провести нелегко. Кто попробует отпустить канат, чтобы старый Джон брякнулся, недолго проживет на этом свете. Одни боялись Пью, другие – Флинта. А меня боялся сам Флинт. Боялся меня и гордился мной... Команда у него была отчаянная. Сам дьявол и тот не решился бы пуститься с нею в открытое море. Ты меня знаешь, я хвастать не стану, я добродушный и веселый человек, но, когда я был квартирмейстером, старые пираты Флинта слушались меня, как овечки. Ого-го-го, какая дисциплина была на судне у старого Джона!»
По этому отрывку выходит, что Сильвер был квартирмейстером, и тут возникает странная неувязка: неужели грозный капитан Флинт и его страшные пираты боялись своего собственного завхоза? Да, ведь квартирмейстер на корабле – это тот, кто отвечает за снабжение, провизию, ремонт и прочие хозяйственные вопросы… И как это понимать?
Понимать как ошибку перевода. Дело в том, что у английского слова quartermaster существует ещё одно значение, которое, к сожалению, не было учтено при переводе – хотя именно его надо рассматривать первым, если речь заходит о пиратах. Quartermaster у пиратов – это командир абордажной команды, квартердека.
Этого человека все боялись и правильно делали – мало того, что он возглавлял абордажную команду (то есть одним из первых вступал на палубу неприятельского судна во время захвата), он ещё и делил добычу, назначал наказания провинившимся, решал, на кого нападать, а на кого – нет, и т.д. На пиратских судах он имел огромные полномочия, мог даже отменять приказы капитана – и сам становился капитаном, если с последним что-то случалось.
Так что в команде Флинта Джон Сильвер был именно командиром абордажной команды, вторым человеком после Флинта, в чём-то даже более влиятельным, чем Флинт... И на Острове сокровищ Сильвер вёл себя совсем не как завхоз:
«Несчастный Том кинулся к нему.
– Алан! – воскликнул он. – Мир его праху! Он умер, как настоящий моряк. А ты, Джон Сильвер... Мы долго были с тобой товарищами, но теперь уж этому не быть! Пусть я умру, как собака, но я своего долга не нарушу. Ведь это вы убили Алана, а? Так убейте и меня, если можете! Но знай, что я вас не боюсь!
С этими словами отважный моряк повернулся к повару спиной и зашагал к берегу. Но ему не удалось уйти далеко: Джон вскрикнул, схватился за ветку дерева, выхватил свой костыль из-под мышки и метнул вслед тому, как копье. Костыль, пущенный с невероятной силой, свистя, пролетел в воздухе и ударил Тома острым наконечником в спину между лопатками. Бедняга Том взмахнул руками и упал. Не знаю, сильно ли он был ранен... Судя по звуку, у него был разбит позвоночник. Сильвер не дал ему опомниться. Без костыля, на одной ноге, он вспрыгнул на него с ловкостью обезьяны и дважды всадил свой нож по самую рукоятку в его беззащитное тело. Сидя в кустах, я слышал, как тяжело дышал убийца, нанося удары.
Никогда прежде я не терял сознания и не знал, что это такое. Но тут весь мир поплыл вокруг меня, как в тумане. И Сильвер, и птицы, и вершина Подзорной Трубы – все вертелось, кружилось, качалось. Уши мои наполнились звоном разнообразных колоколов и какими-то дальними голосами. Когда я пришел в себя, костыль был уже у негодяя под мышкой, а шляпа на голове. Перед ним неподвижно лежал Том. Но убийца даже не глядел на него. Он чистил свой окровавленный нож пучком травы».
ТУСИНИКТЫ ДЕП ОЙЛАЙМ
