Выпишите синонимы, сравнения, метафоры, эпитеты из стихотворения

Жди меня, и я вернусь. Только очень жди, Жди, когда наводят грусть Желтые дожди, Жди, когда снега метут, Жди, когда жара, Жди, когда других не ждут, Позабыв вчера. Жди, когда из дальних мест Писем не придет, Жди, когда уж надоест Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь, Не желай добра Всем, кто знает наизусть, Что забыть пора. Пусть поверят сын и мать В то, что нет меня, Пусть друзья устанут ждать, Сядут у огня, Выпьют горькое вино На помин души… Жди. И с ними заодно Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь, Всем смертям назло. Кто не ждал меня, тот пусть Скажет: — Повезло. Не понять, не ждавшим им, Как среди огня Ожиданием своим Ты меня. Как я выжил, будем знать Только мы с тобой ты умела ждать, Как никто другой.

Цикл книг путешествия Гулливера состоит из четырех частей. В каждой из которых, главный герой оказывается временным жителей одной из удивительных стран. Посредством описания быта и нравов жителей этих сказочных стран, Джонатан Свифт  раскрывает все людские и общественные пороки. Гулливер попадает вначале к лилипутам (людям, которые в 12 раз меньше обычного человека). Затем к Великанам (жители этой страны, напротив в 12 раз больше, чем люди, так что Гулливер сам оказывается лилипутом по сравнению с ними). Затем к рассеянным ученым в Лапуту, которые внедряют свои изобретения и улучшения, абсолютно не заботясь об их пригодности. И наконец, Гулливеру посчастливилось, и он попал в общество самых прекрасных существ, из всех встреченных ранее. Это были гуигнгнмы-лошади. Правда, в их среде водились, также, и люди-животные йе́ху, которые стали олицетворением самых омерзительных пороков человечества. К сожалению, Гулливера отнесли не к разумным и благородным, а к низшему сословию, однако, учитывая его интеллект и познания, все же, обращались довольно неплохо. До вынесения вердикта генерального собрания гуигнгнмов, на котором постановили, что наш герой все же йеху и жить должен вместе с ними, а посему, изгнали его из стада. В конце –концов, Гулливера португальский капитан и он, в очередной раз, уже окончательно, возвращается к себе домой.

Я ехал с охоты вечером один, на беговых дрожках. В дороге меня застала сильная гроза. Кое-как схоронился я под широким кустом и терпеливо ожидал конца ненастья. Вдруг при блеске молний я увидел на дороге высокую фигуру. Это оказался здешний лесник. Он отвёз меня в свой дом — небольшую избушку посреди обширного двора, обнесённого плетнём. Изба состояла из одной комнаты. На самой середине висела люлька с младенцем, которую качала босая девочка лет 12-ти. Я понял, что хозяйки в избе не было. Из всех углов смотрела нищета.

Наконец я смог рассмотреть лесника. Он был высокого роста, плечист и хорошо сложён, его суровое и мужественное лицо заросло бородой, из-под широких бровей смело смотрели небольшие карие глаза. Лесник представился Фомой, по прозвищу Бирюк. От Ермолая я часто слышал рассказы о Бирюке, которого боялись все окрестные мужики. Из его леса нельзя было вынести даже вязанки хвороста — был он силён и ловок, как бес. Подкупить его было невозможно, да и со свету сжить нелегко.

Я спросил, есть ли у него хозяйка. Бирюк с жестокой улыбкой ответил, что его жена бросила детей и сбежала с прохожим мещанином. Угостить он меня не мог: в доме не было ничего, кроме хлеба. Между тем гроза закончилась, и мы вышли на двор. Бирюк сказал, что слышит стук топора; я не слышал ничего. Лесник взял своё ружьё, и мы пошли к тому месту, где рубили лес. В конце пути Бирюк опередил меня. Я услышал звуки борьбы и жалобный крик. Я ускорил шаг и вскоре увидел срубленное дерево, возле которого лесник связывал руки вору — мокрому мужику в лохмотьях с длинной растрёпанной бородой. Я сказал, что заплачу за дерево и попросил отпустить несчастного. Бирюк промолчал.

Снова полил дождь. С трудом мы добрались до избы лесника. Я дал себе слово во что бы то ни стало освободить бедняка. При свете фонаря я смог разглядеть его испитое, морщинистое лицо и худое тело. Вскоре мужик стал просить Фому отпустить его, но лесник не соглашался. Вдруг мужик выпрямился, на его лице выступила краска, и он стал бранить Бирюка, называя его зверем.

Бирюк схватил мужика, одним движением освободил ему руки и велел убираться к чёрту. Я был удивлён и понял, что на самом деле Бирюк — славный малый. Через полчаса он простился со мной на опушке леса.