Прочитайте историю создания поэмы и запишите 5 предложений, которые отражают главное в этой истории.

Сейчас такие рисунки мы называем американским словом «комиксы». В России же эту традицию еще в годы революции начали агитки Демьяна Бедного и Владимира Маяковского.
В статье «Как был написан «Василий Теркин» Твардовский говорил: «И вот мы, литераторы, работавшие в редакции «На страже Родины», решили избрать персонаж, который выступал бы в серии занятных картинок, снабженных стихотворными подписями. Это должен был быть некий веселый, удачливый боец, фигура условная, лубочная. Стали придумывать имя. Шли от той же традиции «уголков юмора» красноармейских газет, где тогда были в ходу свои Пулькины, Мушкины и даже Протиркины (от технического слова «протирка» – предмет, употребляющийся при смазке оружия). Имя должно быть значимым, с озорным, сатирическим оттенком. Кто-то предложил назвать нашего героя Васей Теркиным, именно Васей, а не Василием. Были предложения назвать Ваней, Федей, еще как-то, но остановились на Васе. Так родилось это имя»1 (см. Примечание).
«Написать вступление к предполагаемой серии фельетонов, – продолжает Твардовский, – было поручено мне – я должен был дать хотя бы самый общий «портрет» Теркина и определить, так сказать, тон, манеру нашего дальнейшего разговора с читателем. Перед этим я напечатал в газете «На страже Родины» небольшое стихотворение «На привале», написанное под непосредственным впечатлением от посещения одной дивизии.
Кончилась финская война, а у Твардовского жила идея создать поэму о людях, которые участвовали в ней. «Проникнуть в их духовный мир, почувствовать их как свое поколение» – вот та задача, которую ставил перед собой Твардовский. Он писал: «Я был восхищен их душевной красотой, скромностью, высокой политической сознательностью, готовностью прибегать к юмору, когда речь заходит о самых тяжелых испытаниях, которые им самим приходилось встречать в боевой жизни»3 (см. Примечание).
Поэт собирал материалы о финской войне, истории о подвигах бойцов, ездил смотреть места боев, обдумывал размер и рифмы. Уже было написано несколько фрагментов будущих глав, но Твардовскому все казалось, что в строках нет «электричества». Поэт мог сомневаться и думать столько, сколько считал необходимым: время было мирным, и его никто не торопил.
22 июня 1941 года прервало поиски и сомнения Твардовского. Были оставлены все тетрадки, наброски, планы, намерения. Твардовский занялся тем, чего требовала немедленно и неотложно военная обстановка.
В качестве корреспондента он прибыл на Юго-Западный фронт, в редакцию газеты «Красная Армия», и стал писать очерки, стихи, фельетоны, лозунги, листовки, песни, статьи, заметки – все, что требовалось для газеты. В особую толстую тетрадь Твардовский наклеивал и подкалывал свою ежедневную «продукцию». Позже он признавался, как много сделал он своей газетной работой для будущего «Теркина».
В газетах продолжали выпускать фельетоны с героями типа финского Васи Теркина (в «Красной Армии» был отдел под названием «Прямой наводкой»), но они уже не имели того успеха, что в финской войне. Во-первых, это было не в новинку, во-вторых, война не была позиционной, и вся атмосфера на фронте определялась не трудностями солдатской жизни, но и «всей огромностью грозных и печальных событий войны: отступление, оставление многими воинами родных и близких в тылу врага, присущая всем суровая и сосредоточенная дума о судьбах родины, переживавшей величайшие испытания».
Стихотворения Твардовского имеют успех, но поэт переживает: ему кажется, что он через газету говорит с солдатами не тем языком, говорит не те слова, которые ему больше всего нужны. Зимой 1942 года возникает идея расширить отдел «Прямой наводкой» до еженедельного листка – приложения к газете. И тут Твардовский чувствует, что его работа над поэмой о Теркине, начатая до войны – это именно то, что нужно. Весной 1942 года он быстро дописывает уже начатые главы, создает новые, перемещая героя из обстановки финской кампании в обстановку Великой Отечественной войны: «глубина всенародно-исто-рического бедствия и всенародно-исторического подвига в Отечественной войне с первого дня отличала ее от каких бы то ни было иных войн и тем более военных кампаний».
Само собой родилось обозначение жанра – «Книга про бойца». Когда в печати появились первые главы «Василия Теркина», стало ясно, что «Книга про бойца» станет основной и главной работой Твардовского на фронте.