написать социнианин 5 класс по рассказу Робинзона Круза. Слушал ли он советы друзей , разумно ли поступает что идёт на море,как называет свой остров Робинзон,какие чувства не дают покоя ему,научился ли Робинзон контролировать свои эмоций

Ведущей темой лирики Пушкина является тема свободы. Все пушкинское творчество пронизывает дух свободы. Свободы от рабства. Любого. Свободы от насилия. От недругов и покровителей. От канонов и будничных мелочей. Свободы человеческой личности. Этим поэт начинает свой путь («Пока свободою горим, пока сердца для чести живы…» ) – этим и завершает («…в мой жестокий век восславил я свободу и милость к падшим призывал») . Все его произведения дышат свободой. Даже когда поэт пишет о глубоко личном: «Я сам обманываться рад» или «Я вас любил так искренно, так нежно, как дай вам Бог любимой быть другим» , мы ощущаем его свободную стать, его внутреннее достоинство, независимость и высокое понятие чести. 
Свобода для Пушкина – высшая жизненная ценность, без нее он уже в юности не мог представить своего существования. Свобода – основа дружбы. Свобода – условие творчества. Жизнь без свободы окрашивалась в мрачные и зловещие тона. Даже судьба. Которая у поэта всегда связывалась с представлением человека о несвободе, ибо человек, по Пушкину, зависит от ее всевластия, становясь «святым проведеньем» , когда сквозь ее тучи брезжил луч свободы. Поскольку для поэта «свобода» - понятие основополагающее, то эта тема видится своеобразным стержнем, проходящим через всё творчество поэта. Свобода рассматривается как социальный, политический и нравственный идеал пушкинской поэзии. 
Мотив политической свободы выражен в стихотворениях «Лицинию» 
(1818), «К Чаадаеву» (1818), «Деревня» (1819). В этих произведениях высказаны идеи, близкие взглядам декабристов: служение общественным идеалам, осуждение тирании, угнетения. 
Мотив личной свободы звучит в стихотворениях «Узник» (1822), «Птичка» (1823). Здесь романтический призыв бегства из мира – «темницы» и желание дать освобождение «хоть одному творению» усиливается образами птиц, олицетворяющих природное стремление к воле. 
Противоречивость мотива личной свободы отражена в произведениях «Свободы сеятель пустынный… » (1823), «К морю» (1824). 
В стихотворении «Я вас любил: любовь ещё, быть может… » (1829) мы встречаемся ещё с одним проявлением мотива личной свободы – уважение личности другого человека. Философское осмысление рабства как противопоставления свободе ярко видно в стихотворении-притче «Анчар» (1836). 
Свобода творческой личности – важнейший мотив темы проявляется в стихотворениях «Поэту» (1830), (Из Пиндемонти) (1836). 
Свобода как всеобъемлющее понятие, как основа жизни человека – этот мотив звучит в стихотворении «Пора, мой друг, пора… » (1836). «Покой и воля» - духовный идеал личности, ищущей совершенства

Повесть «Отрочество» начинается с описания возвращения всей семьи в Москву после похорон матери. Рассказывая в повести «Отрочество» о своей первой поездке в Москву, Толстой пишет, что она оказала сильное влияние, не только на его отношение к другим людям, но и на становление личности молодого человека. «С приездом в Москву перемена моего взгляда на предметы, лица и свое отношение к ним стала ещё ощутительнее» . В Москве он понял в первый раз, что не все интересы вертятся около нас, а что существует другая жизнь людей. Впечатления, полученные в Москве, как утверждает сам писатель, послужили первым толчком для расширения и углубления его интереса к жизни других людей общества. 

Прожив некоторое время в Ясной Поляне, Толстой с младшей сестрой Машей и дальней родственницей и любимой воспитательницей Т. А. Ергольской летом 1839 года снова приехали в Москву. К этому времени относится его ученическое сочинение «Кремль» , полное восхищения великим городом. Впечатления от встречи с Москвой отразились в ученическом сочинении десятилетнего Толстого «Кремль» . «Какое великое зрелище представляет Кремль! Иван Великий стоит как исполин посреди других соборов и церквей… Белые каменные стены видели стыд и поражение непобедимых полков наполеоновых; у этих стен взошла заря освобождения России от наполеоновского ига, а за несколько столетий в этих же стенах положено было начало освобождения России от власти поляков во времена Самозванца; а какое прекрасное впечатление производит эта тихая река Москва! Она видела, как быв ещё селом, никем не знаемая, потом возвеличивалась, сделавшись городом, видела ее все несчастия и славу и, наконец, дождалась до ее величия. Теперь эта бывшая деревенька Кучко сделалась величайшим и многолюднейшим городом Европы» . 

Вспоминая свои детские годы, проведенные в Москве, Толстой рассказывал как он однажды, гуляя с братьями по городу, забрел в большой сад Асташовского (домовладение Полякова, между Большой Бронной улицей и Тверским бульваром, теперь дом №19 по Тверскому бульвару) «Сад показался им необыкновенной красоты. Там был пруд с лодками, флагами, цветы, мостики, дорожки, беседки и т. д. ; они шли, как очарованные по этому саду» . Хозяин сада Асташов их любезно принял, катал на лодке, но когда они через несколько дней, второй раз пришли в этот сад уже без миловидной девочки, то хозяин их не принял и через сторожа запретил им входить в сад» . Среди других реальных событий жизни Льва Толстого, отраженных в повести «Отрочество» , главное место занимают смерть бабушки, подготовка к поступлению в Университет, а также конфликт с новым гувернером Сен-Тома (Сен-Жером) . Прежде безоблачный мир детства обнаруживал свои более жесткие, более суровые стороны. Горячо любимый учитель Федор Иванович Рессель (Карл Иванович в «Детстве» ) был заменен гувернером-французом Проспером Сен-Тома, изображенным в «Отрочестве» и «Юности» как Сен-Жером. Грубый, грозящий детям розгой за провинности, Сен-Тома, по признанию, сделанному Толстым в его «Воспоминаниях» , навсегда внушил ему «ужас и отвращение перед всякого рода насилием» . «У него было другое горе- отставка добрейшего немца Федора Ивановича, и передача Левочки ещё при жизни бабушки в ведение нового гувернера Сен-Тома ограниченного, самовлюбленного француза, весь облик которого, с его неестественной напыщенностью, почти театральной деланностью отвращал чуткого мальчика. У Сен-Тома была своя теория воспитания и дисциплины, он смотрел сверху вниз на глупые, сентиментальные рассуждения доброго немца, презирал его. У Федора Ивановича (Карла Ивановича) не было никакой теории воспитания, очень мало знаний и настоящий дисциплины, он просто любил своих воспитанников…».