1) Прочитайте фрагмент рассказа Д. Г. Шеварова «Первый клоун на деревне». От чьего имени идёт повествование? Какие языковые средства это понять?
Всё есть в Вёдрышках — и кино, и пожарная каланча, и киоск с мороженым, и детский парк с каруселью, и пристань с теплоходами, и даже кукольный театр. Есть даже две бани!
Только одной важной вещи в Вёдрышках не хватает — цирка. Но почти каждый день представления открываются в нашем 1«а».
Ни с того, ни с сего смешинка вдруг начинает гулять по классу, за- хватывая всех-всех и даже учительницу Юль-Николавну. <...>
И почему нам так нравится быть смешными? Наверное, это от- того, что мы всем классом очень любим Юрия Никулина, хотя видим его только в кино. Никулин как-то незаметно внушил нам, что хоро- шему человеку не страшно быть немножечко смешным. А иногда это необходимо, чтобы положение.
Недавно наступил час и моей персональной славы. Я к ней не стремился, но обстоятельства, как волна, выбросили меня на сцену. А дело было так. Забыл я дома мешок со сменкой и, пока бежал в школу, заляпался в рыжей глине. Ботинки от глины стали тяжёлы- ми, и я еле доковылял до нашего класса. Звонок прозвенел, а я стою в дверях огорчённый, что не успел к своей парте.
Юль-Николавна смотрит на меня, как будто я не ученик её, а комок грязи, неизвестно как закатившийся в класс. И все ребята смотрят на меня как на чужого. Мне тоже захотелось посмотреть на себя: и чего это во мне такого удивительно страшного, но зеркала в классе не было. Тем временем Юль-Николавна зачем-то разворачи- вает газету «Красный Север» и стелет её на свой учительский стол. Потом вдруг хватает меня, как пушинку, и ставит на газету. Я уже догадываюсь, что это не пьедестал почёта.
— Полюбуйтесь на этого... — возмущённая Юль-Николавна не сразу находит то слово, которого я заслуживаю. Дожидаясь пригово- ра, я сквозь набегающие слёзы разглядываю свои глиняные ботинки и заголовки на спортивной странице «Красного Севера»: «Спартак расстаётся с кубком», «А штанга всё тяжелеет»... Учительница про- должает греметь.
— Полюбуйтесь на него — первый клоун на деревне! Вылитый Никулин!
И в этот момент происходит то, чего не ожидали ни я, ни учи- тельница. При слове «Никулин» девочки начинают шептаться, а мальчишки одобрительно гудят. Я потихоньку поднимаю голову и вижу сияющие глаза нашего класса. Ребята смотрят на меня, как на артиста, который выполнил какой-то опасный трюк и благополучно спустился из-под купола на арену.
Всё происходит как во сне. Ребята хлопают в ладоши, смеются. Я начинаю кланяться во все стороны. Топчусь и кланяюсь: мол, очень вам признателен за такой тёплый приём. Юль- Николавна тоже вдруг начинает улыбаться; она стаскивает меня со стола и отправляет мыть бо- тинки.
В тот день я твёрдо решил, что когда подра- сту, то обязательно пойду всерьёз учиться на клоуна. Нет, не на клоуна, а именно на Никулина.
