Каково отношение автора к солдатам в главе "Переправа"? Прочитайте строки, в которых оно выражено ярче всего. Перечитайте монолог Тёркина в главе "О награде". Что вызывает улыбку, что заставляет задуматься? Почему? Василий Тёркин.

Советую конечно прочитать, мне очень понравилось:)
ну а если кратко, то (идёт рассказ от первого лица) пошёл я охотиться в один из июльский день.солнце уже село, подумал надо домой! Иду, и понимаю что забрал на право. Заблудился. Ходил , пока не увидел луг. Увидев огонь пошёл туда. Вокруг огня сидели мальчишки с собаками. Крестьян было всего 5: Федя, Ильюша,Павлуша,Костя и Вася.
Лежал я в кустике в сторонке и поглядывал на них. Разговаривали они о многом: о домовом; про Гаврилу слободского плотника; про утопленника... историй было много(мне было интересно)
Настало утро я проснулся , подошёл к мальчикам только Павел приподнялся , я кивнул ему головой и ушёл. /идёт описание утренней природы/
Заканчивается тем что Автор говорит что Павел умер на следущий год. Из-за того :— Ей-богу. Только стал я к воде нагибаться, слышу вдруг зовут меня этак Васиным голоском и словно из-под воды: «Павлуша, а Павлуша!» Я слушаю; а тот опять зовет: «Павлуша, подь сюда». Я отошел. Однако воды зачерпнул.
— Ах ты, господи! ах ты, господи! — проговорили мальчики, крестясь.
— Ведь это тебя водяной звал, Павел, — прибавил Федя... — А мы только что о нем, о Васе-то, говорили.
— Ах, это примета дурная, — с расстановкой проговорил Ильюша.
— Ну, ничего, пущай! — произнес Павел решительно и сел опять, — своей судьбы не минуешь.

казание о граде Китеже представляет собою летопись — свидетельство о подлинных событиях. До сих пор рассказывает народ о Китеже с серьёзностью и строгостью подлинной веры, а «Китежский летописец» почитается как книга о святом. В прямом смысле это и есть книга о святом: основатель и мученик Китежа, князь Георгий Всеволодович, причислен православной церковью к лику святых.

Итак, письменная версия китежской легенды начинается генеалогией «святого благоверного и великого князя Георгия Всеволодовича». Суздальский князь Юрий II (1189–1237), герой злополучной битвы на реке Сити, внук Юрия Долгорукого, ведёт здесь своё происхождение от псковского князя Всеволода Мстиславича, которому, в свою очередь, приписаны не соответствующие исторической действительности факты: например, обращение из язычества в христианство. Вслед за легендарной родословной Георгия Всеволодовича, которая оканчивается 6671 (1163) г., рассказывается о его прибытии из Пскова к «благоверному и великому князю Михаилу Черниговскому» и о дружеской их встрече. Георгий Всеволодович испрашивает у князя Михаила «грамоту в Русии нашей по градом церкви божии строити, тако же и грады». Князь Михаил соглашается и предрекает князю Георгию «за сие доброе изволение <…> мзду в день пришествия Христова». Затем, повелев написать грамоту, едет сам провожать гостя. Указан при этом 6672 (1164) год.