Во по роману "Мастер и Маргаритка" главы 1.2.3.8 ​

Самые разные влияния пришлось испытать Петруше в это время. В отце уживались высокие представления о долге и чести дворянина, презре-ние к карьеристам и светским молодым повесам, искреннее радушие, кото-рое отмечало «людей старого века» и замашки крепостника.

Мягкая, но безвольная мать; честный, преданный, но недалекий Савельич; добрый, но беспутный мосье Бопре; дворовые мальчишки - вот окружение Петруши в детские годы. Поэтому неудивительно, что познание по окончании курса домашнего воспитания ограничивались умением су-дить «о свойства борзого кобеля», кое - как читать по-французски и драть-ся на шпагах, а в нравственных понятиях царила самая невероятная пута-ница. «Верхом благополучия человеческого» он почитал службу в гвардии, а величайшим счастьем - веселую жизнь в Петербурге.
Нельзя сказать, что Петруша полностью усвоил взгляды отца, хотя, конечно, многое и главное запало ему в душу. Недаром он, хотя и в ирони-ческой форме, но в духе своих юношеских воззрений объясняет оренбург-скому генералу смысл поговорки «Ежовые рукавицы». Выросший на дере-венском приволье, вдалеке от светского общества, Гринев научился не-предвзято судить о людях. Он перенял от отца некоторые крепостные замашки, но вместе с тем прямоту и честность

Жил старик со своею старухой
У самого синего моря;
Они жили в ветхой землянке
Ровно тридцать лет и три года.
Старик ловил неводом рыбу,
Старуха пряла свою пряжу.
Раз он в море закинул невод, —
Пришел невод с одною тиной.
Он в другой раз закинул невод,
Пришел невод с травой морскою.
В третий раз закинул он невод, —
Пришел невод с одною рыбкой,
С непростою рыбкой, — золотою.
Как взмолится золотая рыбка!
Голосом молвит человечьим:
«Отпусти ты, старче, меня в море,
Дорогой за себя дам откуп:
Откуплюсь чем только пожелаешь.»
Удивился старик, испугался:
Он рыбачил тридцать лет и три года
И не слыхивал, чтоб рыба говорила.
Отпустил он рыбку золотую
И сказал ей ласковое слово:
«Бог с тобою, золотая рыбка!
Твоего мне откупа не надо