Сложный план 4 главы В.Нобокова "Рождество ВАС, УМОЛЯЮ!​

Огонь, огонь в душе горит  
      И грудь и давит и теснит,  
      И новый мир, мечта созданья,
       Я б тем огнем одушевил,  
      Преград где б не было желаньям
       И дух свободно бы парил -  
      Все будет ясно предо мною,
       Сорву завесу с бытия,
        И все с душевной полнотою,  
      Все обойму вокруг себя.
       Мне не предел одно земное
        Душе - от призрака пустой,  
      В ней чувство более святое,  
      Чем прах ничтожный и немой.
       Кто скажет мне: конец стремленью?
       Где тот, кто б дерзкою рукой   
     Границу начертал мышленью
       Непреступимою чертой?   
    Черту отринув роковую,  
      Я смело сброшу цепь земную
.    Согретый пламенной мечтой,
        Я с обновленною душой  
      Помчусь - другого мира житель -
       Предвечной мысли в светлую обитель!   

Здравствуй мой дорогой дневник я хочу рассказать тебе историю «Мастер и Маргарита»,который произвел на меня неизгладимое впечатление. В нем органично переплетены далекое и настоящее, реальное и потустороннее. Сквозь эти сюжетные линии проходит тема истины. Она как бы объединяет всех персонажей, цементирует повествование. Образцом кристальной честности в романе является Иешуа Га-Ноцри. Я вспомнаю прочитаную сцену допроса Иешуа Понтием Пилатом. Искушенный жизнью прокуратор, возможно, впервые за все время своего существования увидел абсолютно честного человека. Его поражает соседство в Иешуа мудрости с наивностью. В голове прокуратора не укладывается, почему этот слабый, тщедушный человек не хочет солгать, чтобы свою жизнь, ведь это так легко. Прокуратору было бы проще принять Га-Ноцри за слабоумного, чем поверить в его абсолютную честность, ведь одно только существование этого человека уличает всех и вся во лжи, в лицемерии. Как хотелось бы Пилату сохранить жизнь Иешуа, но он боится власти кесаря, изгнания. Он, великий прокуратор, отмеченный печатью власти, вынужден лицемерить и лгать, а этот бродяга, стоящий на краю могилы, с такой легкостью остается правдивым. 

Перед смертью, Иешуа говорит, что никого не винит в своей гибели, но добавляет, что «в числе человеческих пороков одним из самых главных он считает трусость». 

Как это ни странно, но вторым образцом правдивости предстает в романе сатана. Его честность несколько иного сорта: это право сильного. Он постоянно уличает во лжи простых смертных и наказывает их за эту ложь.