Сюжетно - емоційний ланцюжок образу Софі​

Лермонтов родился в семье отставного офицера Юрия Петровича и богатой наследницы Марии Михайловны в 1814 году. Мать умерла, когда мальчику было два года. Ситуацию так же усугубила бабушка Лермонтова, которая часто ругалась с его отцом. Вскоре она забрала его в свое имение в Тарханы. Еще в детстве он понимал,что все вокруг подчинено капризам хозяйки имения - его бабушке Елизавете Арсеньевой. Даже аллеи и усадьбы были строго определенной формы. Вместе они образовывали римскую цифру 17, которая обозначала век, в котором возникло это имение. Все это омрачало любовь Лермонтова к природе. Но вместе с этим бабушка старалась все сделать для своего внука. Она нанимала для него хороших репетиторов, старалась удовлетворять все его творческие потребности. Дарила ему игрушки, заботилась о нем. Еще в его раннем детстве все замечали его он красиво рисовал, иногда говорил короткими стихами. Все восхищались этим, и бабушка всегда гордилась своим внуком. Она старалась поддерживать и развивать его Несмотря на заботу, любовь, которую давала ему бабушка, все чаще он прибывал в грустном настроении, что отобразилось на его стихотворениях в будущем.
Все писала от себя, не обращаясь к Интернету. Поэтому проверить информацию, могу ошибиться.
Удачи Вам :)

Стрелецкий вызвал меня к себе. Я вышел из-за стола и поспешил в его кабинет. Идя по коридору, я заметил как Кушнин рассказывал о нашем с ним походе на немецкий лагерь. Он говорил так выразительно и гордо ,будто он герой Советского Союза, а не рядовой солдат. Честно говоря, от его болтовни у меня вечно уши вянут. Я перекинулся с ним взглядом, и поспешил.
Зайдя в кабинет, я почуял тяжелый дым папирос, через который было видно лучи света, падающих из окна. За столом, вглядываясь в какие-то бумаги, сидел Стрелецкий. Он был явно озабочен, но лицо его было спокойно, впрочем, как всегда. Завидев меня, он оторвался от бумаг.
-Послушай, Сиротов--вдруг заговорил он-- я знаю тебя довольно давно. Сколько ты уже на фронте? Год? Два?
-Два--сказал я- с самого начала с вами, товарищ капитан.
Он попросил меня закрыть дверь на щеколду. Через пару мгновений я запер дверь. Стрелецкий встал из-за стола и продолжил:
-Помнишь сколько нас было месяц назад? Человек триста, не меньше! А сейчас что? Почти каждая наша атака оканчивается большими потерями. Сколько братцев полегло! И за что? Тут явно есть какая-то брешь! Немцы, будто знают куда мы направляемся.
-Что вы хотите этим сказать?--спросил я не отводя от него глаз.
-А то, голубчик, что в нашем батальоне завелся шпион. Причем хорошо-обученный. Я доверяю тебе, Сиротов, и поэтому ты должен вывести гада на чистую воду. Пройдись по нашим, поспрашивай: не было ли чего странного в округе. Проследи за подозрительными, и обо всем докладывать только мне! Могу поспорить это Кушнин- мелкая зараза! Сколько ему лет?
-Двадцать первый год пошел, вот только это точно не он. Пусть он и болтлив, но в бою незаменим и смел. Я сам видел как он со штыка четырех эс-эсевцев завалил. А насчет шпиона не волнуйтесь- найду и приведу.
-Только не затягивай. Времени у нас и так мало, а тут еще с лазутчиками возиться.
Стрелецкий снова закурил. Он протянул мне папироску:
-Будешь?
товарищ капитан, но я не курю.
-Ишь-ты! То-то я смотрю ты здоров как бык. Свободен, Сиротов. И помни- я рассчитываю на тебя.
С этими словами он сел за стол, и продолжил изучение бумаг. Я вышел из кабинета Стрелецкого, перебирая в голове, кто мог быть предателем. Вариантов было мало: "Может Мельников?- думал я про себя- или может Тиришка? Пришел он довольно недавно... Нет точно не он." Я шел по коридору, но Кушнина я так и не встретил...
                                                                         (По И.А. Бухтоярову 2016г.)