Дайте будьласка відповідь на тести

1. Рядки :
Гей, у славетному та у городі, у Муромлі,
Та у тому селі, та в Карачаєві,
Гей, то не старий дуб к землі нагинається,
Ой то добрий молодець …
Батьку-матері уклоняється…. взято з
А Билини «Про Іллю Муромця та Соловія»
Б Фольклорної балади про Робіна Гуда
В Балади «Король Лір і його дочки»
2. Образ героя, який жив у Шервудському лісі, зображено у творі
А. «Вересовий трунок» Р. Л. Стівенсона
Б «Рукавичка» Ф. Шиллера
В «Як Робін Гуд став розбійником»
3. Автор поезії, де є рядки
Із вересового квіту
Пикти варили давно
Трунок, за мед солодший,
Міцніший, аніж вино…
А Р. Л. Стівенсон Б Ф. Шіллер В А. Міцкевич
4. У творі «Айвенго» портретна характеристика «Наскільки це можна побачити по людині, закутій у крицю, новий шукач удачі мав зріст не дуже й вищий від середнього й скорше струнку, ніж дебелу статуру. Його крицевий обладунок був щедро оздоблений золотим карбуванням. Герб на щиті зображував дубка, вирваного з корінням…» стосується
А принца Джона Б Айвенго В Річарда Левове Серце
5. Хто є автором повісті «Альпійська балада»?
А А. Маргул-Шпербер Б К. Галчинський В В. Биков
6. Укажіть, хто з героїв сказав: «Не знаю, скільки мине років, - тільки в Каперні розцвіте одна казка, і пам’ятатимуть її довго…».
А Егль Б лікар Ватсон В художник Берман
7. Проблему взаємостосунків батьків і дітей порушено у творі
А «Айвенго» Б «Пістрява спілка» В «Останній дюйм»
8. Рядки «Коли настав чудовий май» повторюються у творі
А. Р. Бернса Б Г. Гейне В К. Симонова
9. Про теплі дружні стосунки ліцеїстів розповідається у творі
А «19 жовтня» О. Пушкіна
Б «Пурпурові вітрила» О. Гріна
В «Золотий жук» Е. По
10. За жанром твір «Спілка рудих» А. К. Дойля – це
А Оповідання Б Фантастична повість В Новела
11. Який твір має такий початок: «В невеличкому районі на захід від площі Вашингтона вулиці показалися й розбилися на вузькі смужки, що називалися проїздами. Ці проїзди утворюють химерні кути й повороти…»
А «Пістрява стрічка» Б «Останній листок» В «Останній дюйм»
12. Яке лексичне значення має слово «шедевр»?
А визначний діяч у будь-якій сфері культури і мистецтва
Б дерев’яний верстат для живопису В зразковий твір

ЖАЛОСТЬ 

– страдание чужим страданием, «эмпатия». Непосредственное проявление чувства самоценности чужой жизни (всякой жизни) – самоценности, являющейся единственным и достаточным обоснованием «золотого правила». Поистине, «нравственное чувство», – 

но есть и другие смыслы –

– снисходительность более благополучного к менее благополучному – расположенная или презрительная; 
– задетая жадность (жалость о потере). 

• Сочувствие снисходительность от того, чтобы та была унизительной – зато снисходительность компрометирует само сочувствие. – Есть жалость и есть жалость. 

• В том, что собой являет наша жалость, обнаруживается все достоинство одних и все ничтожество других – именно ничтожество, – тех как раз, кто в жалости снисходит. Человек достойный ощущает беду другого скорее, как его пьедестал... 

• «Нуждаешься в жалости – изволь быть жалким»!.. Но если кто и бывает жалок, такого найдешь среди тех, кто в жалости не нуждается. 

• ...Болит не то место, где у другого рана, не тело, – болит душа. Души хватает на всех. 

• Основная жалости – воображение. При условии доброжелательности, разумеется. 

• «Кто не пережил этого, никогда не поймет...» – Ну, это просто – «знать и испытать – вещи разные». А вообще, уж кому свойственно такое понимание, понимает в принципе все. Понимает иной раз даже больше того, чем кто-то и испытать. И даже чем испытать сам: в представлении, чего-то нельзя пережить, на практике, оказывается – можно... 

• Может и правда жалость – это боль о нашей общей подверженности боли? – Но уж только не о том, как в это верят умы плоские, что и сам боишься испытать такую же: напротив, будь ты один застрахован от несчастья, жалость к несчастному стала бы непереносимой! Куда реальнее та же участь, что и погибшего, грозит его соседям по окопу – и все же им страшней было бы потерять своего молодого друга в мирное время, скажем, в больнице... Другое дело, что редко у кого достает воображения понимать такую боль, которая самому не грозит, – отсюда, видимо, и разбираемая идея. 

• Что сострадаешь чужой беде лишь потому, что она напоминает о возможности такой же с тобою самим – чепуха. Напротив, только то иной раз и может хоть как-то утешить, что, представишь: в конце концов, самое худшее произойдет и со мною («все там будем»)! 

• Мы жалеем попавшего в беду не потому, что воображаем на его месте себя, а потому, что можем вообразить себя на его месте... Безжалостным этого не понять! 

ЖАЛОСТЬ 

– страдание чужим страданием, «эмпатия». Непосредственное проявление чувства самоценности чужой жизни (всякой жизни) – самоценности, являющейся единственным и достаточным обоснованием «золотого правила». Поистине, «нравственное чувство», – 

но есть и другие смыслы –

– снисходительность более благополучного к менее благополучному – расположенная или презрительная; 
– задетая жадность (жалость о потере). 

• Сочувствие снисходительность от того, чтобы та была унизительной – зато снисходительность компрометирует само сочувствие. – Есть жалость и есть жалость. 

• В том, что собой являет наша жалость, обнаруживается все достоинство одних и все ничтожество других – именно ничтожество, – тех как раз, кто в жалости снисходит. Человек достойный ощущает беду другого скорее, как его пьедестал... 

• «Нуждаешься в жалости – изволь быть жалким»!.. Но если кто и бывает жалок, такого найдешь среди тех, кто в жалости не нуждается. 

• ...Болит не то место, где у другого рана, не тело, – болит душа. Души хватает на всех. 

• Основная жалости – воображение. При условии доброжелательности, разумеется. 

• «Кто не пережил этого, никогда не поймет...» – Ну, это просто – «знать и испытать – вещи разные». А вообще, уж кому свойственно такое понимание, понимает в принципе все. Понимает иной раз даже больше того, чем кто-то и испытать. И даже чем испытать сам: в представлении, чего-то нельзя пережить, на практике, оказывается – можно... 

• Может и правда жалость – это боль о нашей общей подверженности боли? – Но уж только не о том, как в это верят умы плоские, что и сам боишься испытать такую же: напротив, будь ты один застрахован от несчастья, жалость к несчастному стала бы непереносимой! Куда реальнее та же участь, что и погибшего, грозит его соседям по окопу – и все же им страшней было бы потерять своего молодого друга в мирное время, скажем, в больнице... Другое дело, что редко у кого достает воображения понимать такую боль, которая самому не грозит, – отсюда, видимо, и разбираемая идея. 

• Что сострадаешь чужой беде лишь потому, что она напоминает о возможности такой же с тобою самим – чепуха. Напротив, только то иной раз и может хоть как-то утешить, что, представишь: в конце концов, самое худшее произойдет и со мною («все там будем»)! 

• Мы жалеем попавшего в беду не потому, что воображаем на его месте себя, а потому, что можем вообразить себя на его месте... Безжалостным этого не понять!