Отечественная поэзия второй половины XX в
Трудности осмысления
История русской поэзии XX в. еще не написана, хотя на подступах к решению этой важной задачи сделано немало. Особенно «не повезло» середине и второй половине столетия, которые, если и уступают началу века по количеству и масштабу поэтических явлений, ярких художнических индивидуальностей, тем не менее тоже заслуживают серьезного читательского и исследовательского внимания.
Если представить драматический путь русской поэзии этого периода в реальности, нельзя не видеть всей сложности движения ее главных потоков: «официального», «неофициального», зарубежного – их расхождения и взаимодействия, их не воссоединения во второй половине 1980-х гг. В каждой из этих основных ветвей по-своему реализовалось творческое освоение опыта и традиций отечественной и мировой литературы. В том числе особенно – поэзии Золотого и Серебряного веков.
В осмыслении процесса развития отечественной поэзии 1940-2000-х гг. важную роль играет изучение эволюции поэтических жанров и стилей, проявления характерных черт в развитии лирики и поэмы, авторской песни и рок-поэзии, формирования различных течений, придерживающихся национальных традиций, и групп, ориентирующихся на опыт авангарда и постмодернизма, творческих поисков поэтов разных поколений и художнических индивидуальностей: А. А. Ахматовой и Б. Л. Пастернака, Н. А. Заболоцкого и А. Т. Твардовского, Л. М. Мартынова и А. А. Тарковского, Д. С. Самойлова и Б. Ш. Окуджавы, Ивана Елагина и И. А. Бродского, А. А. Вознесенского и Н. М. Рубцова, В. С. Высоцкого и Ю. П. Кузнецова, а также многих других.
Необходимо подчеркнуть, что нельзя в очередной раз начинать с перекраивания и переписывания истории, «сбрасывания» мнимых и подлинных классиков с несомненной целью немедленно взгромоздиться на опустевшие пьедесталы. Развернувшийся в 1990-х гг. закономерный процесс восстановления правдивой картины поэтического развития не сводится к вытеснению и замене одних явлений и имен другими. Речь должна идти прежде всего о расширении карты поэзии, о ее большей полноте и объективности.
ответ:Роман Ч.Айтматова "Плаха" основан на идее противоречивости человеческой природы. С одной стороны - человек подчиняет себе и использует природу, потребляя её через плоды своей деятельности, а с другой стороны - разрушает своими преобразованиями. Таким образом, мир природы превращается в мир человеческий. Между ними должны быть установлены отношения родства, гармонии, но на самом деле - всё наоборот. Об этом и говорит Чингиз Айтматов. Дисгармония приводит к трагедии, приводит род человеческий на плаху!
Роман построен сложно. В нём переплетаются две основные сюжетные линии - жизнь волчьего семейства, и судьба Авдия Каллистратова.
Главный герой романа - Авдий Каллистратов, бывший семинарист, выезжает по заданию молодой редакции в Моюнкумскую саванну за материалом про анашистов, собирающих коноплю. Им движет не только задание газеты, а и мысль павших и снова сделать из них людей. Его духовности и идеи утверждения добра только добром противостоит "идея" Гришана, вожака анашистов, убежденного в том, что и он людям на их дороге к счастью. "Я - говорит он Авдию людям почувствовать счастье, познать Бога в кайфе. Я даю им то, что вы не можете дать им ни своими проповедями, ни молитвами... У меня к Богу есть свой путь, я вхожу к нему иначе, с черного хода. Не так твой Бог разборчив и недоступен , как тебе мнится...". Гришан не может понять того, сто не в кайфе человек получает наслаждение, теряя контроль над собой и настоящую свободу.
Как видим, противостояние героев перерастает во взаимную не принимаемость понятий про добро и зло, про счастье и свободу человека. При этом выражается мысль о том, что какой-либо дурман - наркотический, религиозный - зло. Однако выход из этого зла каждый видит по-своему, и каждый идет на свою плаху: компания Гришана - на лаву подсудимых, а Авдий - не переубедив никого, побитый, летит, выкинутый ими на ходу с поезда, под укос.
Наивный Авдий воспринимает мир только через "свет добра" и, сам того не замечая, иногда становится орудием в руках зла. Не поняв навязанной ему роли, начинает бороться с этим злом и снова идет на плаху. Так случайно он становится участником "моюнкумской войны" - варварского уничтожения животных во имя выполнения плана мясозаготовки. С огромной силой Ч. Айтматов изображает апокалиптическую картину побоища. "Врезаясь машинами в гущу загнанных, уже бессильных сайгаков, стрелки валили животных направо и налево, ещё больше нагнетая панику. Страх достиг таких апокалиптических размеров, что волчице Акбаре, которая от выстрелов, казалось, что весь мир оглох и онемел, что всюду царит хаос и само солнце, которое беззвучно пылает над головой, так же гонят с ними в этой облаве"
Мимолетный участник этого побоища Авдий не может победить реальное зло, и только дратует пьяных облавщиков. И снова Авдий не снимает креста, который наложил на себя добровольно, и несёт его до приготовленной ему Голгофы.
Этот роман - как крик. Как отчаянный призыв, обращенный к каждому из нас. Одуматься. Осознать свою ответственность. За всё, что так - на пределе - обострилось и згустилось в мире.
Синеглазая волчица пощадила Авдия, а люди - распяли. " меня, волчица", - произнёс вдруг умирающий Авдий. Услышь меня, прекрасная мать - волчица", - думает он и перед самой смертью он видит волчицу. "Ты пришла..." - И голова его безвольно упала вниз".
Объяснение:
