Анализ до произведения "записки шерлока холмса".

Король Мессины во что бы то ни стало захотел узнать, что там на глубине под городом. Кола-рыба выполнил первые две царя, так как для него это было не особо трудно. Но все же достигнуть дна он не смог,а потому не ответил на вопрос короля полностью. Король не отступал от своей хотя Кола не соглашался нырять еще раз. Тогда жестокий король решил действовать иначе. Он сказал, что если Кола откажется, то он покроет рыбаков Мессны непосильными налогами. Только поэтому Кола решил выполнить требование короля. Ему не хотелось, чтобы пострадали рыбаки, простые жители Мессины. Он нырнул, чтобы достигнуть самого дна, но уже не вернулся обратно, а город вскоре оказался разрушен.  

Объяснение:

Чувство вины — это очень хорошо. Оно мучает вас, но прокладывает путь в литературе»
Интервью с Орханом Памуком
Изображение: Fronteiras do Pensamento/flickr
25 февраля в Ясной Поляне выступал Орхан Памук — осенью 2016 года писатель получил премию «Ясная Поляна» за книгу «Мои странные мысли», а сейчас приехал в усадьбу Толстого, чтобы дать публичное интервью. Разговор вел журналист Александр Гаврилов. «Горький» публикует текст этой беседы.
Все те годы, что я читал ваши романы, я копил продуманные эстетские вопросы. И тут вдруг по-русски выходит книга «Другие цвета» — эссе, фрагменты интервью, рассуждения о ремесле. И в ней Орхан Памук отвечает очень развернуто почти на все эти вопросы. Книжка вполне волшебная, это такой мета-Памук: исследование писателя творческим методом самого писателя. Но глупо задавать снова вопросы, на которые уже даны ответы. Поэтому теперь я буду начинать с самого простого. Нам в России кажется, что можно определить человека, предложив ему выбор из напитка, домашнего питомца и писателя. Давайте начнем: чай или кофе?
Вообще-то и чай, и кофе.
Кошка или собака?
Кошки, собак я люблю на расстоянии.
Толстой или Достоевский?
Тоже оба. И Толстой, и Достоевский научили меня многому. Когда я писал свой первый роман, я читал очень хорошую книгу британского критика Штайнера «Толстой или Достоевский». Там были показаны огромные отличия писателей, а также их сходства, рассказывалось о предшественниках, которые сформировали Толстого и Достоевского, и кого они сформировали в свою очередь. Читая эту книгу, я учился писать, основываясь на их различиях.
В нескольких своих интервью вы говорите, что писатели постоянно чувствуют себя виноватыми и именно вина в каком-то смысле двигает литературу.
Писатели склонны чувствовать себя виноватыми, потому что чувствуют ответственность за все. Еще Достоевский говорил об этом. Это другой уровень чувствительности. В начале писательской карьеры вы чувствуете вину еще и потому, что вы отдаете время занятию, которое не приносит дохода. Но вина писателя так же связана с чем-то более глубоким. Быть писателем — значит по собственному выбору стремиться понимать людей. И, развивая эту чувствительность, вы развиваете сострадание поставить себя на место каждого. Но увидев так глубоко чужое страдание, вы понимаете, что находитесь в привилегированном положении по отношению к другим людям. И тогда вы снова чувствуете вину.

Но чувство вины — это очень хорошо. Оно мучает вас, но при этом прокладывает дорогу в религии и литературе. Все происходит от чувства вины. Чувствовать боль и страдания другого человека, понимать их и разделять — очень человеческое качество. Писатели — чувствительные люди. Хорошие писатели, конечно. Например, писатель, чей дом и усадьбу я сегодня посетил, очень чувствительный человек, и именно эта чувствительность Толстого давала ему возможность, когда он писал романы, идентифицировать себя с людьми, отличными от него. Естественно, у большинства этих людей были более тяжелые условия жизни. И вполне естественно, что вы начинаете испытывать чувство вины, и искусство написания романа связано с этим чувством вины