Животные сперва несовершенны были: то слишком длинный хвост, то крохотная голова. Но постепенно утряслись они и создали себе пейзаж, приобрели изящество и пятна родимые, полетом овладели. А кошка - только кошка! И целостной и гордою явилась; законченною родилась она, идет она и знает, чего хочет.
Хотел бы человек стать рыбой или птицей, змея иметь хотела б крылья, собака - только сбитый с толку лев, поэтом стать хотел бы инженер, а мушка учится на ласточку, поэт стремится мушке подражать, а кошка хочет кошкой быть, и только; любая кошка - это кошка, да, кошка, от усов и до хвоста и от предчувствия до быстрой крысы, от ночи и до золота в глазах.
Еще такого нет единства; такого нет строенья ни у луны, ни у цветка; тут целостность во всем, как в солнце, как в топазе, а эластическая линия уверенных и тонких контуров похожа на рисунок носа корабля; а желтые глаза одну лишь щелку оставляют, чтоб ночь могла кидать туда свои монеты.
О маленькая императрица без земного шара, без родины завоеватель, игрушечно-салонная тигрица, султанша в небе крыш, ты в непогоду призываешь любовный ветер; ты по земле проходишь ступая четырьмя изящными ногами, обнюхивая все, не доверяя земному ничему, - все отвратительно-нечистоплотно для ног кошачьих непорочных.
О независимый домашний хищник, высокомерный пережиток ночи, ленивая, упругая, чужая, вся - кошка до корней волос и до конца ногтей, секретная полиция жилищ, исчезнувшего бархата остаток, - загадки нет, конечно, в твоей повадке; быть может, ты совсем не тайна, тебя все знают, ты - из наименее таинственных существ; быть может, этому все верят, а себя считают хозяевами и владельцами, товарищами и друзьями кошек, и родственниками, учениками.
Я - нет. Не подпишусь под этим. Не знаю кошки я. Все знаю - жизнь, архипелаги, и море, и неисчислимый город, ботанику и путь мутовки к солнцу, и математику - постольку и постольку, и страстные обманы мира, и ирреальную одежду крокодила, неведомую доброту пожарных, священников лазурный атавизм, - но не могу расшифровать я кошку. Мой ум скользит по безразличию ее, и числа золотые у нее в глазах.
"Сказание о Мамаевом побоище" – наиболее обширный памятник Куликовского цикла. В нем содержится самый подробный рассказ о битве. В "Сказании" дается описание приготовления к походу, маршрут русского войска через Коломну на Куликовское поле. Перечисляются имена князей, принявших участие в сражении, рассказывается о переправе русских через Дон. Только из "Сказания" мы узнаем, что исход сражения решил полк князя Владимира Серпуховского: он был в засаде и неожиданным нападением с флангов и тыла нанес врагу сокрушительное поражение. Из памятника мы узнаем также, что великий князь Дмитрий Иванович был ранен и найден в бессознательном состоянии после сражения.
Главный герой "Сказания" —Дмитрий Донской, ведь это не только воинская повесть, рассказывающая о походах и битвах, но и произведение, восхваляющее великого князя Московского. Автор изображает князя мудрым и мужественным полководцем, подчеркивает его воинскую доблесть и отвагу.
Летописец использует прием противопоставления. Если князь Дмитрий – воплощение светлого начала, деяниями его руководит Бог, то Мамай олицетворяет тьму и зло, за ним стоит дьявол. "Выехали русские удальцы со своим государем, с великим князем Дмитрием Ивановичем", "как соколы сорвались с золотых колодок из каменного града Москвы и взлетели под синие небеса" — пишет автор о русских. Мамая же он называет "поганым". Тот "скрежещет" зубами, плачет горько, бежит с поля боя, стремясь "голову свою унести". И "не мог снести, что побежден он, посрамлен и поруган". "И снова стал гневаться, приходя в страшную ярость и новое зло замышляя на Русскую землю, словно рев рыкая и будто неутолимая ехидна" 1 .
0,0(0 оценок)
Полный доступ
Позволит учиться лучше и быстрее. Неограниченный доступ к базе и ответам от экспертов и ai-bota
Оформи подписку