Говорят, что каждый человек в той или иной мере предчувствует свою смерть и внутренне готовится к переходу в иной мир. Кому-то для этого достаточно одного мгновения, у других же уходят годы на осознание собственных ошибок и их исправление. Поэты чувствуют приближение смерти особенно остро, так как духовность является важнейшее составляющей их жизни и творчества. Поэтому неудивительно, что практически у каждого автора есть стихи, которые затрагивают эту мрачную тему.
Александр Твардовский в этом отношении – не исключение, так как в 1967 году, за 4 года до кончины, он написал стихотворение «На дне моей жизни…». Поэт, отметивший свое 57-летие и по всем земным меркам считающийся отнюдь не старым человеком, всё же ощущает себя подошедшим к той заветной черте, после которой жизнь в физическом ее понимании завершается. И именно на этом этапе Твардовский признается, что ему хочется «посидеть на солнышке, на теплом пенушке».
Примеряя к себе роль старика, поэт видит в ней определенные преимущества. Ведь именно в этот период жизни у каждого есть возможность переосмыслить собственные поступки без помех, без спешки и без лишних эмоций. «Черту подведу стариковской палочкой», — отмечает поэт, и в этих строках кроется такое удивительное умиротворение, что смерть уже перестает казаться какой-то катастрофой и не вызывает страха. Конечно, неизвестность все же вызывает у поэта некоторое беспокойство, ведь о том, что будет потом, он может лишь догадываться. Тем не менее, Твардовский убежден, что после смерти жизнь не заканчивается, а лишь переходит в иную плоскость. Неслучайно ведь мудрые люди утверждают, что на земле они – всего лишь гости, а впереди их ждет вечность
Поэт не пытается дать ответ на вопрос о том, зачем человек приходит в этот мир. Видимо, у каждого из нас есть определенная миссия, после выполнения которой смысл в продолжении жизни теряется. Сам же Твардовский убежден, что он не сделал ничего выдающегося, но и не совершил поступки, за которые не сможет получить прощения. «Ничего, что по случаю я здесь побывал и отметился галочкой», — именно так поэт характеризует собственную жизнь. Он не стремится к оценке собственного творчества, оставляя эту привилегию другим. Ведь в вечности нет титулов и наград, почестей и званий. По-видимому, эта истина незадолго до смерти приоткрывается поэту, который начинает воспринимать смерть со спокойным любопытством и даже некоторым равнодушием, словно готовится ко встрече со старой подругой.
