Как вы думаете, с какой целью автор использует градацию ( а это прием , когда подбираются несколько эпитетов, усиливающих или ослабляющих признак), для описания какого-либо качества героев? [5] « Не одна красота Олеси меня в ней очаровывала, но также и ее цельная, самобытная, свободная натура, ее ум, одновременно ясный и окутанный непоколебимым наследственным суеверием, детски невинный, но и не лишенный лукавого кокетства красивой женщины. Она не уставала меня расспрашивать подробно обо всем, что занимало и волновало ее первобытное, яркое воображение: о странах и народах, об явлениях природы, об устройстве земли и вселенной, об ученых людях, о больших городах... Многое ей казалось удивительным, сказочным, неправдоподобным. Но я с самого начала нашего знакомства взял с нею такой серьезный, искренний и простой тон, что она охотно принимала на бесконтрольную веру все мои рассказы. Иногда, затрудняясь объяснить ей что-нибудь, слишком, по моему мнению, непонятное для ее полудикарской головы (а иной раз и самому мне не совсем ясное), я возражал на ее жадные вопросы: «Видишь ли... Я не сумею тебе этого рассказать... Ты не поймешь меня». (А.И. Куприн. «Олеся»)

В Мещёрском крае нет никаких особенных красот и богатств, кроме лесов, лугов и прозрачно-го воздуха. Но все же край этот обладает большой притягательной силой. Он очень скромен - так же, как картины Левитана. Но в нем, как и в этих картинах, заключена вся прелесть и все незамет-ное на первый взгляд разнообразие русской природы.Что можно увидеть в Мещёрском крае? Цветущие или скошенные луга, сосновые боры, поемные и лесные озера, заросшие черной кугой, стога, пахнущие сухим и теплым сеном. Сено в стогах держит тепло всю зиму.Мне приходилось ночевать в стогах в октябре, когда трава на рассвете покрывается инеем, как солью. Я вырывал в сене глубокую нору, залезал в нее и всю ночь спал в стогу, будто в запертой комнате. А над лугами шел холодный дождь и ветер налетал косыми ударами.В Мещёрском крае можно увидеть сосновые боры, где так торжественно и тихо, что бубенчик-"болтун" заблудившейся коровы слышен далеко, почти за километр. Но такая тишина стоит в лесах только в безветренные дни. В ветер леса шумят великим океанским гулом и вершины сосен гнутся вслед пролетающим облакам.В Мещёрском крае можно увидеть лесные озера с темной водой, обширные болота, покрытые ольхой и осиной, одинокие, обугленные от старости избы лесников, пески, можжевельник, вереск, косяки журавлей и знакомые нам под всеми широтами звезды.Что можно услышать в Мещёрском крае, кроме гула сосновых лесов? Крики перепелов и ястребов, свист иволги, суетливый стук дятлов, вой волков, шорох дождей в рыжей хвое, вечерний плач гармоники в деревушке, а по ночам - разноголосое пение петухов да колотушку деревенско-го сторожа.Но увидеть и услышать так мало можно только в первые дни. Потом с каждым днем этот край делается все богаче, разнообразнее, милее сердцу. И, наконец, наступает время, когда каждая и на над заглохшей рекой кажется своей, очень знакомой, когда о ней можно рассказывать удивитель-ные истории.Я нарушил обычай географов. Почти все географические книги начинаются одной и той же фразой: "Край этот лежит между такими-то градусами восточной долготы и северной широты и граничит на юге с такой-то областью, а на севере - с такой-то". Я не буду называть широт и долгот Мещёрского края. Достаточно сказать, что он лежит между Владимиром и Рязанью, недалеко от Москвы, и является одним из немногих уцелевших лесных островов, остатком "великого пояса хвойных лесов". Он тянулся некогда от Полесья до Урала. В него входили леса: Чернигов-ские, Брянские, Калужские, Мещёрские, Мордовские и Керженские. В этих лесах отсиживалась от татарских набегов древняя Русь.

 Рассказ В. Распутина «Уроки французского» повествует о человеке, про которого можно сказать, что он «самоотверженно и бескорыстно делал людям добро». Этот человек - учительница героя, Лидия Михайловна. Выросший уже герой вспоминает об этом человеке и старается осознать то, что она сделала для него тогда, в его голодное послевоенное детство. 
    Эта молодая женщина, приехавшая из города, преподавала у мальчика французский язык. Она казалась герою человеком с другой планеты: красивой, пахнувшей духами и другой жизнью. Этот предмет герой не очень любил, потому что ему не давалось французское произношение. Но мальчик был сообразительным, легко запоминал слова, без труда переводил тексты на французском. Думаю, что Лидия Михайловна отмечала его как очень ученика. 
    Время, в которое происходит действие рассказа, было тяжелым, послевоенным. В деревне стоял голод, царила нищета. Героя воспитывала одна мама, у которой была еще дочка. Что могла она собрать своему сыну, учащемуся за много верст от родной деревни, чем «подкормить» его? 
    Мать присылала с дядей Ваней, деревенским шофером, мешок картошки, - все, что могла. Но и эту малость мальчик не получал сполна – ее воровали хозяева, у которых герой жил на квартире. Позже он начал прятать картошку в сарае, брал по несколько картофелин и убегал за холмы. Там он разводил костер и спокойно съедал свою дневную порцию. 
    Герой пишет, что он постоянно хотел есть. Даже во сне он чувствовал голодные спазмы желудка. Ради еды мальчик стал играть на деньги. Он сделался виртуозом игры «в чику», но выигрывал только рубль и ни копейкой больше – на молоко. Вскоре героя начали избивать более взрослые мальчишки – слишком хорошо он играл: «нос вспух и раздулся, под левым глазом синяк, а ниже его, на щеке, изгибается жирная кровавая ссадина». Но в школу герой продолжал ходить даже в таком виде. Именно тогда Лидия Михайловна выяснила, что мальчик играет на деньги. 
    После уроков она расспросила его, на что он тратит деньги. И герой признался, что на выигранный рубль покупает лишь молоко. Учительница сразу догадалась, что мальчик голодает. Да это было трудно не понять: «перед ней крючился на парте тощий диковатый мальчишка с разбитым лицом, неопрятный без матери и одинокий, в старом, застиранном пиджачишке на обвислых плечах, который впору был на груди, но из которого далеко вылезали руки; в перешитых из отцовских галифе и заправленных в чирки марких светло-зеленых штанах со следами вчерашней драки». 
    И тогда Лидия Михайловна решила мальчику. Она стала приглашать его к себе домой якобы для дополнительных занятий французским. И, как-то между делом, старалась оставить мальчика на ужин, накормить его. Но герой так смущался, чувствовал себя таким скованным в присутствии учительницы, что не мог даже подумать о еде. 
    Но все же есть ему хотелось все больше и больше. Посылок из дома герой больше не получал – и он опять пошел играть. И опять его стали избивать. Тогда Лидия Михайловна выдумала еще один хитрый ход – она прислала мальчику посылку, якобы пришедшую из дома. Но учительница не знала, что макароны и гематоген – это не то, что обычно герою присыла мама. Он сразу догадался, от кого была такая «роскошь». И никакими уговорами не могла учительница убедить мальчика принять этот подарок. А Лидия Михайловна видела в нем хотела, чтобы он продолжал учиться: «Тебе надо обязательно есть досыта, чтобы учиться. Сколько у нас в школе сытых лоботрясов, которые ни в чем ничего не соображают и никогда, наверное, не будут соображать, а ты мальчишка, школу тебе бросать нельзя». 
    И тогда учительница пошла на последний шаг – она предложила герою сыграть с ней в «пристенок». Играли они на деньги, учительница поддавалась, и герой опять начал покупать молоко и чувствовать себя хоть немного сытым. 
    Казалось бы, Лидия Михайловна выполнила то, что задумала. Но в ее планы вмешались – однажды играющих учительницу и ученика застал директор. 
    Через три дня Лидия Михайловна уехала к себе на Кубань. Всю вину она взяла на себя. На прощание она наказала герою хорошо учиться и не бросать школу, что он и выполнил. Больше мальчик не слышал о Лидии Михайловне. Прощальным приветом от нее была посылка с макаронами и тремя большими красными кубанскими яблоками. 
    И сейчас, уже взрослым человеком, герой осознает, что эта молодая женщина ему не умереть от голода закончить школу и выйти в люди. И делала она это просто по доброте душевной, потому что не могла пройти мимо истощенного ребенка, из последних сил крепящегося вдали от дома, родных. Может быть, учительница боялась, что мальчик свяжется со шпаной, станет воровать. А она видела в нем и хотела, чтобы из героя получился человек. Добивалась этого Лидия Михайловна, как могла. И можно со всей уверенностью сказать, что учительнице это удалось.