Відновіть шлях подорожі Одіссея до рідної Ітаки. А) Острів вітрів; Б) острів кіклопів; B) царство Аїда; Г) царство Кірки; Д) острів биків Геліоса; €) острів Ітака;​

И в том, и в том рассказе маленькие, никому не нужные люди: извозчик Иона и чиновник Червяков. У обоих - проблемы: У Ионы умер сын, а Червяков чихнул на лысину генералу. И хотя эти проблемы не сопоставимы по силе, Червяков страдает также, как Иона: ведь генерал может лишить его службы и тем самым существенно повлиять на жизнь. И они оба хотят немножко облегчить свое существование: Иона пытается рассказывать о смерти сына и вызвать немного сочувствия, а Червяков ходит извиняться бесчисленное множество раз, не думая о последствиях. Мысль о том, что генерал не простит, завладевает Червяковым целиком, ломает его душу. Не выдержав этого, он умирает. А Иона, безуспешно пытавшийся достучаться до людей со своим горем, понимает, что его никто не услышит.

И рассказывает все своей лошади - она и выслушает его, и, может, даже поймет.

Это я написала сам, мое мнение может не совпадать с мнением учебника.

Быть человеком в человеческом обществе вовсе не тяжкая обязанность, а простое развитие внутренней потребности; никто не говорит, что на пчеле лежит священный долг делать мед, она его делает, потому что она пчела. Всякий безнравственный поступок, сделанный сознательно, оскорбляет разум; угрызения совести напоминают человеку, что он поступил как раб, как животное. Разумеется, люди — эгоисты, потому что они лица; как же быть самим собою, не имея резкого сознания своей личности? Мы — эгоисты, и потому добиваемся независимости, благосостояния, признания наших прав, потому жаждем любви, ищем деятельности и не можем отказывать без явного противоречия в тех же правах другим. Нет мысли, которую нельзя было бы высказать просто и ясно. Человек призван в мир социально-исторический, нравственно свободный и положительно-деятельный; у него не одна отрешающегося понимания, но и воля, которую можно назвать разумом положительным, разумом творящим. Все государственные и политические вопросы, все фантастические и героические интересы по мере совершенствования народа стремятся перейти в вопросы народного благосостояния. Частная жизнь, не знающая ничего за порогом своего дома, как бы она ни устроилась, бедна. Какое счастье вовремя умереть для человека, не умеющего в свой час ни сойти со сцены, ни идти вперед. Личности мало прав, ей надобно обеспечение и воспитание, чтобы воспользоваться ими. Сожитие под одной крышей само по себе вещь страшная, на которой рушилась половина браков. Живя тесно вместе, люди слишком близко подходят друг к другу, видят друг друга слишком подробно, слишком нараспашку и незаметно срывают по лепестку все цветы венка, окружающего поэзией и грацией личность. Нет народа, вошедшего в историю, который можно было бы считать стадом животных, как нет народа, заслуживающего именоваться сонмом избранных. Прощение врагов — прекрасный подвиг; но есть подвиг еще более прекрасный, еще больше человеческий — это понимание врагов, потому что понимание — разом прощение, оправдание, примирение. Всего меньше эгоизма у раба. Ничего не делается само собой, без усилий и воли, без жертв и труда. Воля людская, воля одного твердого человека — страшно велика. Без равенства нет брака. Жена, исключенная из всех интересов, занимающих ее мужа, чуждая им, не делящая их, — наложница, экономка, нянька, но не жена в полном, в благородном значении слова. Враги наши никогда не отделяли слова и дела и казнили за слова не только одинаковым образом, но часто свирепее, чем за дело. Любовь и дружба — взаимное эхо: они дают столько, сколько берут. Моралисты говорят об эгоизме, как о дурной привычке, не спрашивая, может ли человек быть человеком, утратив живое чувство личности. Действительный интерес совсем не в том, чтобы убивать на словах эгоизм и подхваливать братство, а в том, чтобы сочетать гармонически свободно два неотъемлемые начала жизни человеческой.