Написать 5 цитат из текста, в которых показан приезд Чацкого к дому Фамусова из 1 действия​

В центре внимания автора произведения крестьянская семья, живущая в разоренном домишке, принявшая к себе сироту-племянницу. Тургенев вспоминает об «одном убогом крестьянском семействе» , мы даже не знаем имен этих людей, их судеб будущего, но автор смог в нескольких репликах передать характеры мужа и жены, их отношение друг к другу, к жизни. Решается вопрос о том, брать или не брать Катьку-племянницу в дом, где, скорее всего, множество своих детей. Баба пытается отговорить мужа: «последние наши гроши на нее пойдут, не на что будет соли добыть, похлебку посолить…» . Отсутствие соли в доме – показатель бедности, начало различных болезней, да и просто без соли еда не имеет того вкуса. Но ведь голод-то все-таки не грозит, с голода не умрут. И аргументы жены разбиваются о флегматичное мужиково: «А мы ее… и несоленую» . Интересно, что автор подчеркивает две вещи: во-первых, ни баба, ни мужик не решают каждый за себя, они оба говорят «мы» , оставаясь вместе в радости и в горе; во-вторых, женщину Тургенев называет «бабой» , подчеркивая ее социальный статус (простая крестьянка) , а мужчину не только мужиком, но и мужем, человеком, за которым остается в решении важных вопросов последнее слово. Многоточие, стоящее после слов бабы, говорит о том, что это не все доводы, которые она приводила мужу, а может быть, уже не первый раз заходит этот разговор, много было сказано. Тогда можно было бы поставить многоточие и в начале ее слов. С другой стороны, разговор этот бессмысленный, все равно возьмут, девать девчонку некуда, не звери же. И говорить не о чем. Оба это прекрасно понимают, и чуть ироничный ответ мужа мягко настойчив, он тоже уговаривает, понимая, что не только на себя взваливает лишний груз.

Поступок семьи сравнивается с благодеяниями Ротшильда, «который из громадных своих доходов уделяет целые тысячи на воспитание детей, на лечение больных, на призрение старых» : не всякий богач захочет делиться, поэтому автор искренне восхищается его щедростью, но отдать последнее единицы. «Далеко Ротшильду до этого мужика!»

Когда при мне превозносят богача Ротшильда, который из громадных своих доходов уделяет целые тысячи на воспитание детей, на лечение больных, на призрение старых — я хвалю и умиляюсь.

Но, и хваля и умиляясь, не могу я не вспомнить об одном убогом крестьянском семействе, принявшем сироту-племянницу в свой разоренный домишко.

—  Возьмем мы Катьку, — говорила баба, — последние наши гроши на нее пойдут, — не на что будет соли добыть, похлебку посолить...

—  А мы ее... и не соленую, — ответил мужик, ее муж.

Далеко Ротшильду до этого мужика!