Вечная проблема лучших умов в России - взаимоотношения интеллигенции и народа. Какова роль интеллигенции, каково её участие в судьбах народа - над этим и заставил задуматься читателя автор рассказа в далекие 20-ые годы. Булгаков считал своим долгом "упорное изображение русской интеллигенции как лучшего слоя в нашей стране". Он уважительно-любовно относился к своему герою-ученому: в какой-то степени профессор Преображенский - воплощение уходящей русской культуры, культуры духа, аристократизма. Но профессор задумывает улучшить саму природу, он решается посоревноваться с самой Жизнью и создать нового человека, пересадив собаке часть человеческого мозга. В Булгаковской повести по-новому звучит тема Фауста, и она также трагична, вернее, по-булгаковски трагикомична. Лишь по свершению ученый осознает всю безнравственность "научного" насилия над природой и человеком.
Литературоведческих работ о "Собачьем сердце" немного, что объясняется, по-видимому, еще недолгой жизнью повести в обществе: она была впервые опубликована в России в 1987 году. Предисловие М.О.Чудаковой к повести в журнале "Знамя" и послесловие к ней В.Лакшина открывают исследование этого произведения в отечественном литературоведении. Н.А.Грознова пытается вписать "Собачье сердце" в литературный контекст времени и выявляет параллели между повестью М.Булгакова и произведениями Л.Леонова, Е.Замятина, И.Бабеля, О.Форш2. К этому ряду можно добавить и произведения Д.Бедного ("Перешитая ряса"), и В.Маяковского ("Клоп"). Вывод Н.А.Грозновой о том, что Булгаков не был одинок в своих исканиях, что “весь воздух литературы 20-х годов был насыщен теми же проблемами, которые волновали автора "Собачьего сердца"”, позволяет говорить на уроках литературы о специфике изображения и решения близких тем и проблем в творчестве писателей 20-30-х годов (например, Булгаков - Маяковский).
Отдельные наблюдения, реплики, замечания, соображения, часто не подкрепленные анализом, а порой и вовсе идущие вразрез с текстом повести, разбросаны по статьям, опубликованным не только в литературоведческих журналах. Но даже собранные все вместе, они пока не дают общего представления о повести, об авторской концепции этого произведения. Подчас в одной и той же работе тонкие, интересные наблюдения соседствуют с положениями, говорящими о недопонимании автора булгаковского отношения к миру
