О чем бы ни писал Сергей Есенин: о личных переживаниях, об исторических переломах, о судьбах России в «суровые грозные годы» – каждый есенинский образ и строка согреты чувством безграничной любви к родине:
Но более всего
Любовь к родному краю
Меня томила,
Мучила и жгла.
Первые стихотворения Сергея Есенина были навеяны детскими и юношескими впечатлениями деревенской жизни, влиянием устного народного поэтического творчества, потому-то в них и звучит мелодия искренняя, душевная, народная.
Уже по первым строкам стихотворений поэта разлита сердечная теплота и неприкрытая любовь к родному краю. Можно сослаться хотя бы на одно из стихотворений, которое обычно открывает собрания сочинений Есенина, - «Вот уж вечер. Роса…» На примелькавшиеся в обыденной жизни вещи - поля, луга, березы, летние и осенние вечера, белесые туманы и прохладные росы - юный сочинитель смотрит своими глазами. Он видит поэзию красоты в тех местах, мимо которых равнодушно проходит его современник. Все обыденно, просто. Описание развертывается без метафор и броской образности:
Вот уж вечер. Роса
Блестит на крапиве,
Я стою у дороги,
Прислонившись к иве.
Используя обычные слова, непритязательную мелодию, поэт несколькими поэтическими штрихами создает запоминающуюся картину майского летнего вечера, переходящего в теплую лунную ночь. Этот пейзаж напоминает читателю живописные полотна Левитана.
Каждую строчку и звук одухотворяет живой взгляд самого Есенина. Вот вечер незаметно превращается в ночь, лунные блики размывают краски, вдали за рекой сонный сторож, исполняя свои служебные обязанности, стучит «мертвой колотушкой». Все заканчивается тихой умиротворенной мелодией поздней ночи. Подобные «простенькие» картины нельзя придумать, их можно только пережить, прочувствовать.
Однако даже юный поэт пишет по-разному. Рядом с такой бесхитростной сценой вдруг заиграет такая премудрая метафорическая сказочность, что ее невозможно перевести на обычный литературоведческий язык. Можно только процитировать и подивиться божьему дару рязанского мальчика:
Там, где капустные грядки
Красной водой поливает восход,
Клененочек маленький мамке
Зеленое вымя сосет.
Более поздние стихотворения Сергея Есенина чаще всего отличаются грустной интонацией, проникнутой болью за «сермяжную Русь». Достаточно вспомнить такие стихи, как «Топи да болота», «Край ты мой заброшенный», «Русь», «Сторона ль моя, сторонка», чтобы увидеть в них необъяснимую, на первый взгляд, печаль.
По воспоминаниям критиков, в жизни Есенин очень любил животных. Его стихотворения «Корова», «Лисица», «Песнь о собаке» относятся к лучшим произведениям о животных в русской литературе. В воспоминаниях Горького о Есенине есть интересный эпизод: «Я попросил его прочитать о собаке, у которой отняли и бросили в реку семерых щенят… Начал читать «Песнь о собаке». И когда произнес последние строки:
Покатились глаза собачьи
Золотыми звездами в снег, –
и на его глазах тоже сверкнули слезы».
Начинается стихотворение спокойно, как о чем-то обычном и повседневно-будничном:
Утром в ржаном закутке,
Где златятся рогожи в ряд,
Семерых ощенила су*а
Рыжих семерых щенят.
Поэт спокойным перечислением, ничем не выделяющимися эпитетами готовит читателя к самому неожиданному, трагическому… Тяжело, трудно еще неокрепшей собаке бежать за хозяином, но ей надо: ведь она мать и своим материнским сердцем чувствует неладное. Как бы ни было тяжело, собака поспевает за хозяином
Объяснение:
повести Аркадия Гайдара "Голубая чашка" читатель знакомится с семьей - отцом, матерью и их шестилетней дочерью. Сюжет произведения простой, но очень поучительный. Приехав в деревню, родители ссорятся из-за незначительных вещей. К маме приходит в гости знакомый летчик, она идет его провожать. Девочка и отец занимаются своими делами. Они делают вертушку на крышке. Мама ругает их за то, что они занимаются глупостями, и за то, что разбили ее любимую голубую чашку. Возникает взаимная обида, после которой отец и девочка уходят гулять по окрестностям, а мама уезжает. Вечером, когда вся семья встретилась, взаимные обиды были забыты. Папа и дочь Света провели интересный день, а мама уже не сердилась, глаза ее светились от радости.
