Таким путём Сурен Айвазян породил одну из концепций армянской принадлежности Урарту, ради которой, помимо вышеописанных «свидетельств» материальной культуры, осуществил в 1963 году «перевод» урартских клинописных памятников, якобы с древнеармянского языка. Б. Б. Пиотровский отмечает, что, выполняя эту работу, Айвазян не знал, что повторяет труд А. Мордтмана, который в середине XIX века пытался переводить «по-армянски» все клинописные памятники Месопотамии [7] — труд, давно отвергнутый наукой [8].
Несмотря на всплывший подлог и ошибки, Сурен Айвазян продолжает активно публиковать результаты своих «исследований» в популярной печати, например, включая их в свою книгу «История России. Армянский след», которая издавалась в Москве в 1997 и в 2000 годах.
В 1811 г. в поместье своём проживал с женой и дочерью Машей Гаврила Гаврилович Р. Был он гостеприимен, и многие пользовались его гостеприимством, а некоторые приезжали ради Марьи Гавриловны. Но Марья Гавриловна была влюблена в бедного армейского прапорщика по имени Владимир, проводившего отпуск в своей деревне по соседству. Молодые влюблённые, считая, что воля родителей препятствует их счастью, решили обойтись без благословения, то есть венчаться тайно, а потом броситься к ногам родителей, которые, конечно же, будут тронуты постоянством детей, простят и благословят их. План этот принадлежал Владимиру, но и Марья Гавриловна наконец поддалась его уговорам о бегстве. За ней должны были приехать сани, чтобы отвезти ее в соседнее село Жадрино, в котором было решено венчаться и где Владимир уже должен был ее ожидать.
0,0(0 оценок)
Полный доступ
Позволит учиться лучше и быстрее. Неограниченный доступ к базе и ответам от экспертов и ai-bota
Оформи подписку
