Гумоаністична цінність трагедії шекспіра та її популярність​

Лев Николаевич Толстой не был философом, богословом в полном смысле слова. И сначала я не собирался посвящать целую встречу его религиозно-философским воззрениям. Но все-таки я вижу, что это необходимо. И сегодня мы остановимся на нем в нашем интересном и непростом путешествии по области, долгое время скрываемой от людей, интересующихся русской религиозной мыслью.

Когда мы говорим о Толстом, то прежде всего имеем в виду писателя, автора романов, повестей, но забываем о том, что он также и мыслитель. Можно ли назвать его крупным мыслителем? Он был крупный человек, он был великий человек. И даже если мы не можем принять его философию, почти каждый из нас благодарен ему за какие-то радостные мгновения, нами испытанные, когда мы читали его повести, его художественные произведения. Мало находится людей, которые вообще бы не любили его творчества. В разные эпохи нашей собственной жизни Толстой вдруг открывается нам с каких-то новых, неожиданных сторон.

Объяснение:

1)николеньку дружба научила как положительным, так и отрицательным поступкам. положительный: он старался не плакать от боли ( от так и душевной). отрицательный: он больше не слабым. 2)сначала он на него не обращает внимание, потом ненависть, и в конце главы он чувствует вину (сострадание). 3)для того, чтобы оценить поступоки своего героя. сложный образ детства в первой повести толстого во многом создаётся введению в повествование двойной точки зрения: точки зрения маленького героя и взрослого повествователя. такой подход к описанию событий позволил писателю, с одной стороны, изобразить ребенка, раскрыть его внутренние переживания, и, таким образом, приблизить к читателю именно героя-ребенка, а с другой стороны, изучить психологию ребенка, проникая в его чувства, мысли, переживания. в результате толстой, впервые обратившись к "диалектике души", не только описывает детство, но и анализирует его.4)-