3. Що дуже полюбляв 0. Грін: A) Вирощувати свійських тварин,
Б) Подорожувати,
В) доглядати за Плодоносним садом;
Г)гранты в карты ​

Я решил, что если мой мир не может быть вашим, я сделаю ваш мир своим.

Гордость — порок самых развращенных и униженных, равно как и возвеличенных и самоуверенных.

Все дожди, какие когда-либо выпали или выпадут, не могут угасить того адского пламени, которое иной человек носит в себе.

Наш мир — мир разочарований, и нередко разочарований в тех надеждах, какие мы больше всего лелеем, и в надеждах, которые делают великую честь нашей природе.

В женщине взбешенной, особенно если к другим ее неукротимым страстям присоединяются безрассудство и отчаяние, есть нечто такое, с чем мало кто из мужчин хотел бы столкнуться.

... бывают такие книги, у которых самое лучшее — корешок и обложка.

Так влияют наши собственные мысли даже на внешний вид предметов. Люди, взирающие на природу и своих ближних и утверждающие, что все хмуро и мрачно, — правы; но темные тона являются отражением их собственных затуманенных желчью глаз и сердец. В действительности же краски нежны и требуют более ясного зрения.

Женщины умеют объяснить все в двух словах, если только не начинают кипятиться, а уж тогда заводят волынку.

Нет раскаяния более жестокого, чем раскаяние бесполезное; если мы хотим избавить себя от его мук, вспомним об этом, пока не поздно.»

 Анализ четвёртой части поэмы "Облако в штанах" В. В. Маяковского.
 Данная поэма Маяковского характеризуется наличием многочисленных контрастов - от признания в любви ("...а я одно видел: вы - Джиоконда, которую надо украсть") в первой части до дерзкого заявления Богу ("...а ты недоучка, крохотный божик"), резкого отношения к религии.
 Особенно ярко лозунг "Долой вашу религию!" выражается в четвёртой части поэмы, где лирический герой обращается к своей возлюбленной ("тело твоё я буду беречь и любить..."), но получает решительный отказ ("Мария - не хочешь? Не хочешь!"). После того, как последняя надежда на взаимную любовь рухнула, герою остаётся лишь обратиться к тому, кто на протяжении многих лет давал людям успокоение в несчастье, - к Богу. Обращение к всевышнему оказывается фамильярным, герой относится к нему с презрением:
  Мотаешь головою, кудластый?
  Супишь седую бровь?
  Ты думаешь - 
  этот,
  за тобою, крыластый,
  знает, что такое любовь?
 Но после таких слов следует мольба, недоумение: "Всемогущий,...отчего ты не выдумал, чтоб было без мук целовать...".
 Поэт разочаровывается в нравственной силе религии; здесь имеется в виду трагедия войны. Ведь человечество много говорило о том, что, если есть Бог, он не может допустить такое. Поэтому лирическому герою Бог предстаёт не всесильным, а крохотным, бес которого можно зарезать сапожным ножиком ("Я думал - ты всесильный божище, а ты недоучка, крохотный божик.").
 Четвёртая часть заканчивается трагедией, которая усиливается безответственностью, "глухотой" мира: "Глухо. Вселенная спит, положив на лапу с клещами звёзд огромное ухо." Трагедия героя усиливается, так как на нём замыкается не только драма любви, но и трагедия войны.
 Примечательно, что первоначально эта поэма называлась "Тринадцатый апостол". В этом и выразилась попытка противопоставить поэму традиционному религиозному учению. Провозглашая себя тринадцатым апостолом, автор заявляет миру о том, что возлагает на себя важную миссию - разоблачить общественные пороки и показать силу чувств. Но финал поэмы содержит авторскую иронию: Вселенная не слышит протеста апостола - посланника, который предвещает близкую революцию и новую веру - она спит!