Романтический образ Кавказа, описание природы и нравов его коренных жителей занимают значительное место как в поэзии, так и в прозе М. Ю. Лермонтова. И это неслучайно. С Кавказом связаны яркие впечатления детства писателя. В 1825 году Лермонтов побывал там с бабушкой. Позднее, в 1830 году, он написал стихотворение «Кавказ», проникнутое любовью к этому краю и нежными воспоминаниями как о матери, которую поэт едва знал, так и о первой детской любви:
Я счастлив был с вами, ущелия гор,
Пять лет пронеслось: все тоскую по вас.
Там видел я пару божественных глаз;
И сердце лепечет, воспомня тот взор:
Люблю я Кавказ!..
В 1837 году Лермонтов был сослан на Кавказ в действующую армию за стихотворение «Смерть Поэта», написанное на смерть А. С. Пушкина. Здесь же, на Кавказе, и закончилась его земная жизнь в 1841 году. Стоит ли удивляться, что многие произведения Лермонтова посвящены Кавказу! Это горный край, суровый и прекрасный, с особой дикой красотой, предстает в поэзии Лермонтова в разных обличьях. Например, в стихотворении «Дары Терека» река Терек и Каспийское море выступают своего рода сказочными существами, в чем-то похожими на языческие божества. И сюжет стихотворения — в духе романтической баллады: Терек приносит подарки Каспию впустить его, реку, в моря.
Иным предстает Кавказ в стихотворении «Валерик». Романтическая тональность уступает место жестокой действительности: Кавказ — это край, где ведется изнурительная, непрекращающаяся война с горцами.
Почти пророческое предвидение собственной гибели звучит в стихотворении «Сон»:
В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана
По капле кровь точилася моя.
И в этом же стихотворении — горный пейзаж:
... Уступы скал теснилися кругом...
Образ Кавказа вновь и вновь возникает в творчестве поэта. В поэме «Демон» «дух изгнанья», пролетая над Кавказом, видит княжну Тамару и вспоминает о своей прежней жизни в раю. Лермонтов рисует не только дикие красоты кавказкой природы, поэт показывает быт, обычаи и нравы людей, живущих в этом краю. Несколькими словами автор изображает дом князя Гудала, выстроенный на скале, ступени, ведущие к реке, и даже белое покрывало дочери князя. Пир в честь дочери, во время которого гости сидят на плоской кровле дома, танец невесты, аккомпанирующей себе ударами в бубен -в этих картинах Лермонтов передает неповторимый колорит Кавказа. А часовня у дороги, где нетерпеливый жених не неведомому святому, и гибель жениха Тамары от рук разбойников — это тоже многоликий образ Кавказа, отражение многовекового противостояния христиан и мусульман:
Куда бы путник ни спешил,
Всегда усердную молитву
Он у часовни приносил;
И та молитва сберегала
От мусульманского кинжала.
Но презрел удалой жених
Обычай прадедов своих.
И заканчивается поэма «Демон» описанием горного пейзажа, неизменного и незыблемого по сравнению с человеческими судьбами и страстями:
Скала угрюмого Казбека
Добычу жадно сторожит,
И вечный ропот человека
Их вечный мир не возмутит.
В поэме «Беглец» Лермонтов показывает нравы горцев, останавливаясь на таком обычае, как месть за родных. Месть и свобода в глазах горцев намного ценнее жизни; поэтому все так презирают Гару-на, трусливо бежавшего с поля боя, где пали его отец и братья. Друг, любимая и даже мать с презрением отвергают беглеца, потому что его поступок в их глазах — это предательство свободы и памяти погибших родных. Первое, что спрашивает мать у сына-беглеца, узнав, что ее муж и сыновья пали в бою: «Ты отомстил?» В этих словах заключен священный долг воина и мужчины. Узнав, что сын постыдно бежал свою жизнь и забыв о долге мести, мать безжалостно гонит его прочь.
Кавказ не обойден вниманием Лермонтова и в его романе «Герой нашего времени». Пейзажные зарисовки, несомненно, навеяны воспоминаниями о собственных впечатлениях автора. Лермонтов не устает восхищаться красотой Кавказа: «...На краю горизонта тянется серебряная цепь снеговых вершин, начинаясь Казбеком и оканчиваясь двуглавым Эльборусом... Весело жить в такой земле! Какое-то отрадное чувство разлито во всех моих жилах. Воздух чист и свеж, как поцелуй ребенка; солнце ярко, небо сине — чего бы, кажется, больше? зачем тут страсти, желания, сожаления?..».
