Смыкая возраста уроки. Сама собой приходит мысль — Ко всем, с кем было по дороге Живым и павшим отнестись. А. Твардовский
Великие события, произошедшие в нашей стране, отразились в творчестве Александра Трифоновича Твардовского и в форме прямого их изображения, и в форме связанных с ним отдельных переживаний-размышлений. В этом смысле его творчество в высшей степени злободневно. Крупнейшим послевоенным произведением Твардовского явилась поэма “За далью — даль”. В жанрово-тематическом плане — это лирико-философское раздумье, “дорожный дневник”, с ослабленной сюжетностью. Действующие лица поэмы — необъятная Советская страна, ее люди, стремительный разворот их дел и свершений. Текст поэмы содержит шутливое признание автора — пассажира поезда “Москва—Владивосток”. Три дали прозревает художник: неоглядность географических просторов России; историческую даль как преемственность поколений и осознание неразрывной связи времен и судеб, наконец, бездонность нравственных запасников души лирического героя. Поэма “По праву памяти” мыслилась первоначально автором как одна из “дополнительных” глав к поэме “За далью — даль”, приобрела в ходе работы самостоятельный характер. Хотя “По праву памяти” не имеет в подзаголовке жанрового обозначения, а сам поэт, верный понятиям литературной скромности, называл порой это произведение стихотворным “циклом”, вполне очевидно, что это лирическая поэма, последняя крупная работа автора “Василия Теркина”. Она была закончена и самим поэтом подготовлена к печати за два года до его кончины. Во вступлении Твардовский заявляет, что это откровенные строки, исповедь души:
Перед лицом, ушедших былей Не вправе ты кривить душой, — Ведь эти были оплатили Мы платой самою большой...
Поэма композиционно распадается на три части. В первой части поэт с теплым чувством, немного иронично вспоминает свои юношеские мечты и планы.
И где, кому из нас придется, В каком году, в каком краю За петушиной той хрипотцей Расслышать молодость свою.
Мечты эти чистые и высокие: жить и трудиться на благо Родины. А если понадобится, то и жизнь свою отдать за нее. Красивые юношеские мечты. Поэт с легкой горечью вспоминает то наивное время и юнцов, которые и помыслить не могли, сколько тяжких и суровых испытаний готовит им судьба:
Готовы были мы к походу Что проще может быть: Любить родную землю-мать, Чтоб за нее в огонь и в воду. А если — То и жизнь отдать. А если — То и жизнь отдать... Лишь от себя теперь добавим. Что проще — да. Но что сложней?
Вторая глава “Сын за отца не отвечает” самая трагичная и в поэме, да и во всем творчестве. Незаконно раскулаченная семья Твардовских была сослана в Сибирь. В России остался только Александр Трифонович из-за того, что жил отдельно от семьи в Смоленске. Облегчить участь сосланных он не мог. Фактически он отказался от семьи. Это мучало поэта всю жизнь. Эта незаживающая рана Твардовского вылилась в поэму “По праву памяти”.
Конец твоим лихим невзгодам, Держись бодрей, не прячь лица. Благодари отца народов. Что он простил тебе отца.
Тяжелое время, в котором не могут разобраться философы вот уже пятьдесят лет спустя. А что же говорить о юноше, свято верящем в официальную пропаганду и идеологию. Двойственность ситуации нашла свое отражение и в поэме.
Да, он умел без оговорок, Внезапно — как уж припечет — Любой своих просчетов ворох Перенести на чей-то счет: На чье-то вражье искаженье Того, что возвещал завет. На чье-то головокруженье От им предсказанных побед.
Поэт стремится осмыслить ход истории. Понять, в чем была вина репрессированных народов. Кто допустил такое положение вещей, когда один решал судьбы народов. И все были виновны перед ним уже в том, что были живы. В третьей главе поэмы Твардовский утверждает право человека на память. Мы не вправе забывать ничего. Пока мы помним, “живы” наши предки, их дела и подвиги. Память — это привилегия человека, и он не может добровольно отказаться от Божьего дара в угоду кому бы то ни было. Поэт утверждает:
Кто прячет ревниво, Тот вряд ли с будущим в ладу...
Эта поэма — своеобразное покаяние Твардовского за свои юношеские поступки, ошибки. Все мы совершаем ошибки в молодости, порой роковые, а вот поэм это в нас не рождает. У большого поэта даже горе и слезы выливаются в гениальные стихи.
А вы, что ныне норовите Вернуть былую благодать, Так вы уж Сталина зовите — Он Богом был — Он может встать.
Восьмой главе «Евгения Онегина» предшествует эпиграф, взятый автором из начала стихотворения Дж.Байрона «Fare Thee Well» («В добрый путь»):Fare thee well! and if for ever,Still for ever, fare thee well... [3, с.136].Л.Бродский считает, что данный эпиграф может быть понят трояко. Поэт говорит «прости» Онегину и Татьяне. Также этими словами Онегин шлет последний прощальный привет Татьяне [1, с.276]. Ю.М.Лотман предлагает обратиться непосредственно к тексту произведения «Евгения Онегина», чтобы понять смысл эпиграфа и того, что этим хотел сказать поэт:Кто б ни был ты, о мой читатель, Друг, недруг, я хочу с тобой Расстаться нынче как приятель. Прости... [3, с.157];Прости ж и ты, мой спутник странный, И ты, мой верный идеал, И ты, живой и постоянный [3, с.157].Итак, мы видим, что таким образом А.С.Пушкин прощается со своими читателями, героями и с романом «Евгений Онегин» в целом.Таким образом, эпиграфы к главам романа в стихах «Евгений Онегин» выражают ироническое отношение поэта к романтическим образам и ситуациям, а содержание каждой главы убеждает читателей в том, что А.С.Пушкин пытался исследовать сущность реалий жизни, а не их романтическую окраску. Движение пушкинского романа в стихах сквозь русскую и мировую культуру совершалось в широком спектре интерпретаций.
0,0(0 оценок)
Полный доступ
Позволит учиться лучше и быстрее. Неограниченный доступ к базе и ответам от экспертов и ai-bota
Оформи подписку
