Материал о пребывании Пришвина в Воронеж , очень надо ​

Едет старый казак Илья Муромец по чистому полю, глубокую думушку думает:

«Приходит старость древняя, надвигается старость тучей черною, налетает черным вороном, а молодость буйная, привольная улетела далеко ясным соколом. И то сказать, довольно пожил я на белом свете, прожил триста годков без малого».

Подъезжает тут старый богатырь к белому камню, расходятся от камня в разные стороны три дороги; на камне написаны такие слова:

«Кто поедет по средней дорожке — тому быть убитому; кто поедет направо — тому быть женатому; налево ехать — быть богатому».

Думает Илья:

«На что мне, старому, богатство? И жениться на старости лет нет у меня никакой охоты; поеду по той дорожке, где быть мне убитому».

Ехал добрый молодец три часа, проехал триста верст и нагоняет толпу разбойников-станичников.

Увидали его разбойники, говорят между собою:

— Убьем старого богатыря; конь у него хороший; пригодится нам.

Стали они бить старого казака; стоит Илья, не шелохнется.

— Нечего вам взять у меня,— говорит Илья разбойникам,— одежда у меня небогатая; правда, кафтан мой стоит пятьсот рублей да есть у меня крест на груди ценой в три тысячи, а коню-бурушке и цены нет!

Смеются разбойники:

— Сам про свои богатства старый болтает, чтобы знали мы, чем поживиться.

Как схватит тут Илья шапку с головы — начал шапкой помахивать направо-налево; падают разбойники замертво, валятся целыми толпами. Перебил Илья разбойников, вернулся назад к камню и написал на нем:

«Неправду говорит надпись: ездил по средней дорожке — убит не был».

«Дай,— думает Илья,— поеду по той дорожке, где быть мне женатому».

Повернул Илья направо; опять едет три часа, проехал триста верст; увидел перед собою несказанное чудо: стоит богатый город, весь палатами боярскими да княжескими застроен; во дворце царском смотрит из окна на дорогу прекрасная королевна.

Увидела она Илью, вышла старому казаку навстречу, ласковое слово ему промолвила, взяла его за руки белые, ввела в царскую гридню, просит хлеба-соли у ней откушать, а слугам приказала Ильеву бурушке засыпать пшеницы белояровой.

Попировал Илья, отведал зелена вина, яств сахарных, кланяется прекрасной королевне, благодарит за хлеб, за соль.

Говорит ему королевна:

— Наверно, устал ты с дороги, славный богатырь, не хочешь ли пойти прилечь, отдохнуть от длинного пути?

Привела королевна Илью в богатый покой, указала ему для отдыха кровать пуховую.

Посмотрел Илья недоверчиво на высокую кровать и не захотел лечь отдыхать, а взял королевну за руки и опустил ее что было силы на кровать пуховую; перевернулась под царевной кровать, провалилась красавица в глубокий погреб.

Говорит Илья служанкам королевны:

— Подайте мне золотой ключ; я хочу отворить погреба глубокие.

Не дают ему ключа. Пошел Илья к дверям темницы; разбросал руками доски, которыми были заложены двери; ногой как толкнет двери железные — обе половины с петель упали.

Вывел Илья на свет божий из погреба сорок царей-царевичей, сорок королей-королевичей.

— Вернитесь по своим царствам,— говорит им Илья,— молите бога за старого богатыря Илью Муромца. Кабы не освободил я вас — сложили бы вы тут свои буйные головы.

А душечку красную девицу разрубил Илья на части за ее злодейские дела; раскидал по полю куски ее тела белого; серые волки их порастерзали, черные вороны порасклевали.

Вернулся Илья к камню — написал на нем:

«По другой дорожке ездил — женат не бывал!»

Поехал Илья на третью дорожку, где ему богатому быть; едет Илья три часа, проехал триста верст; видит — перед ним стоит чудный крест, всеми цветами отливает.

Покачал старый головой:

«Этот крест не зря здесь поставлен, стоит он над погребом глубоким; много в погребе золота, серебра хранится, дорогого скатного жемчуга».

Снял Илья крест чудный с глубокого погреба, вынул богатства зарытые, несметные, настроил на них прекрасных церквей божиих с чистым звоном колокольным по всему стольному Киеву. Прилетела тут за Ильей сила небесная; сняли его святые ангелы с верного бурушки и унесли в киевские пещеры святые. В них и

Между отрогами хребтов Темиртау и Кокше в республике Казахстан, в самой северной части озера Аулиеколь (Святое озеро), или Боровое глубоко в берег вдается тихий залив. Посередине этого залива находится камень-загадка, скала Жумбактас, высотой 18 метров.

 

Она представляет собой большое нагромождение пластов сильно выветрившегося гранита. Камень посередине залива похож с разных сторон либо на загадочного Сфинкса, своими бесстрашными чертами отражающегося в воде, то на юношу, задумчиво склонившего голову с развевающимися по ветру волосами. Каждый путешественник найдет сходство камня с чем угодно, все будет зависеть от воображения и фантазии человека.

Если подняться немного выше, пройдя от кордона на озере, к живописной поляне Аблай Хана, или от лодочной станции можно увидеть профиль молодой привлекательной девушки. Продвигаясь дальше путешественники, неожиданно для себя заметят, что профиль молодой, привлекательной и изящной девушки превращается незаметно в профиль старухи. Увидеть морду Сфинкса можно на водной прогулке по озеру, подплывая к скале со стороны санатория «Окжетпес».

Со скалой Жумбактас связано множество красивых древних легенд. Одна из таких легенд рассказывает о юной прекрасной калмычке, которую взяли в плен воины Абылай Хана. Воины были поражены красотой пленницы, и каждый из них хотел взять ее в жены. Но для красавицы лучше была смерть, чем замужество за врагом. Она поднялась на высокую скалу над озером и взяла в руки платок. «Если стрела кого из вас попадет в платок, тому я буду женою», твердо и громко крикнула она. Ни один из лучших воинов хана не попал в цель. Так и бросилась девушка с высокой скалы в воды озера. Там, где она упала в озеро, тот час образовалась удивительная скала и люди назвали ее Жумбактас.