Написати сенкан до драматичної поеми "Кассандра"

Служил на Кавказе офицер Жилин. Пришло ему письмо от матери и он решил съездить в отпуск домой. Но по дороге его и ещё одного русского офицера Костылина схватили татары (по вине Костылина, так как Костылин должен был прикрывать Жилина, но увидев татар начал убегать от них. Костылин предал Жилина). Татарин, который взял в плен русских офицеров продал их другому татарину. Их держали в кандалах в одном сарае.

    Татары заставили офицеров написать письмо домой с требованием выкупа. Костылин написал, а Жилин специально написал другой адрес, так как знал, что выкупить его некому (старушка мама и так бедно жила). Жили они так целый месяц. К Жилину привязалась хозяйская дочка девочка Дина, она носила ему тайком лепешки и молоко, а он делал для нее куколок. Жилин стал думать как им с Костылиным сбежать из плена, начал копать подкоп в сарае.

    И однажды ночью они сбежали. Убежали в лес, но Костылин стал отставать и ныть, так как ему сапогами ноги натерло. И так из-за Костылина они далеко не ушли, их заметил один татарин, который проезжал по лесу. Он сказал хозяевам заложников и их быстро догнали с собаками. Пленникам надели кандалы и больше не снимали даже ночью, а также посадили их в другое место в яму аршин пяти. Но Жилин все равно не отчаялся. Все думал, как ему убежать. И его Дина, она ночью принесла длинную палку и спустила её в яму, по ней и вылез Жилин наверх. А Костылин остался, не захотел убегать: испугался, да и сил не было.

    Жилин отошел подальше от деревни и хотел снять колодку, но у него ничего не получилось. Дина дала ему в дорогу лепешек, а потом стала плакать, прощаясь с Жилиным: она к нему очень привязалась, так как он был очень добр с ней. И Жилин стал уходить все дальше и дальше, хоть колодка и очень мешала, когда силы закончились он полз, так он дополз до поля, за которым были уже свои русские. Но Жилин боялся, что его заметят татары, когда будет пересекать поле. Только подумал глядь: налево, на бугре, стоят трое татар, десятины на две. Увидали его, пустились к нему. Так сердце у него и оборвалось. Замахал руками, закричал что было духу своим: Братцы! Выручай! Братцы! Услыхали Жилина казаки и бросились наперерез татарам. Испугались татары не доезжаючи стали останавливаться. Так и казаки Жилина. Рассказал им Жилин, как с ним все было, и говорит: Вот и домой съездил, женился! Нет, уж видно не судьба моя. И остался служить на Кавказе. А Костылина только ещё через месяц выкупили за пять тысяч. Еле живого привезли.

Выбери что то для себя
Рифма (от греч. rhythmós — стройность, соразмерность) , созвучие стихотворных строк, имеющее фоническое, метрическое и композиционное значение. Р. подчёркивает границу между стихами и связывает стихи в строфы. В поэзии большинства народов Р. располагается на концах стихов, однако встречаются регулярные начальные созвучия (например, начальные ассонансы в монгольской поэзии) . В разное время и у разных народов к Р. предъявлялись различные требования, поэтому единого универсального определения Р. по звуковому составу быть не может: он зависит как от литературной традиции, так и от фонетического строя языка. Например, в русской поэзии основа Р. — созвучие ударных гласных; в чешском же языке, в котором ударение всегда падает на начальный слог, созвучие последних слогов может не зависеть от места ударения. 

По месту ударения Р. делятся на мужские — с ударением на последнем слоге (берегам — лучам) , женские — с ударением на предпоследнем слоге (Руслана — романа) , дактилические — с ударением на третьем от конца слоге (закованный — очарованный) и очень редкие гипердактилические (покрякивает — вскакивает) с большим количеством послеударных слогов (см. Клаузула) . Взаимное расположение рифмующихся строк может быть различно. Основные рифмовки: смежная — по схеме аа бб.. . (Ворон к ворону летит, / Ворон ворону кричит.. . — Пушкин) ; перекрёстная — абаб (Румяной зарею /Покрылся восток, /В селе за рекою/ Потух огонёк.. . — Пушкин) ; охватная, или опоясывающая, — абба (Уж подсыхает хмель на тыне. /За хуторами, на бакчах, /В нежарких солнечных лучах/ Краснеют бронзовые дыни.. . — Бунин) . Эти рифмовки могут по-разному чередоваться и сплетаться. Стихотворения на одну Р. — моноримы — редки в европейской поэзии, но широко распространены в поэзии Ближнего и Среднего Востока (см. Газель, Касыда, Рубаи) . Определённое, повторяющееся расположение Р. — один из признаков строфы. 

В русской поэзии Р. ведёт происхождение от распространённого в фольклоре синтаксического параллелизма, благодаря которому на концах стихов оказываются одинаковые части речи в одинаковой грамматической форме, чем порождается созвучие: "Хвали сено в стогу, а барина в гробу". В древнерусской. поэзии преобладала так называемая грамматическая (суффиксально-флективная) Р. : бяше — знаше, отбивает — отгоняет. С 18 в. начинает цениться Р. разнородная, образованная разными частями речи (ночь — прочь и т. п.) . Тогда же (как ранее во французской поэзии и др. ) постепенно устанавливается требование точной Р. , т. е. такой, в которой совпадают конечный ударный гласный и все следующие за ним звуки (тобою — рукою) . Если совпадают также предшествующие ударному гласному так называемые опорные согласные, Р. тогда называется богатой (повеса — Зевеса) , если созвучие захватывает предударный слог, — глубокой (занемог — не мог) . С середины 19 в. в русском стихе всё чаще встречаются так называемые приблизительные Р. , в которых заударные гласные не совпадают (воздух — роздых) . С начала 20 в. поэты чаще употребляют неточные Р. разных типов: ассонанс — созвучие гласных при несовпадении (обычно частичном) согласных (облако — около) ; усечённые Р. , с усечением конечного согласного в одном из слов (лес — крест, пламя — память) ; составные Р. (до ста расти — старости) ; консонансы, в которых ударные гласные различны (норов — коммунаров) ; неравносложные Р. , в которых мужские или дактилические окончания рифмуются с женскими или гипердактилическими (папахи — попахивая) . 

Р. имеет и смысловое значение: она "... возвращает вас к предыдущей строке.. . заставляет все строки, оформляющие одну мысль, держаться вместе" (Маяковский В. В. , Полн. собр. соч. , т. 12, 1959, с. 235). Эстетическая оценка Р. (её точности или неточности, новизны или традиционности и т. д. ) невозможна вне контекста стихотворения, без учёта его композиции и стиля.