сериале никакого раскаяния Раскольников не испытывает. А если и испытывает, то это остается за кадром (сериал заканчивается на сцене встречи Сони Мармеладовой и Раскольникова на каторге). Тем же заканчивается и роман — если бы не странный эпилог книги, который, по мнению ряда исследователей, Достоевский написал словно нехотя и не по своей воле: и это единственное место, где говорится о раскаянии.
Да, в сущности, сериал ничего не соврал. Ведь и книга — о том, что нет готовых схем праведности, нет больше готовых истин и нет раскаяния — таким, каким его у нас представляют в дешевом духовном кино: упал человек и раскаялся. Шиш.
