еще раз 13. Соотнесите высказывание и героя?
1) Сергей Сергеич Паратов
2) Юлий Капитоныч Карандашев
3) Лариса Огудалова
4) Василий Данилыч Вожеватов

А) Да, это смешно... Я смешной человек... Я знаю сам, что я смешной человек. Да разве людей казнят за то, что они смешны? Я смешон — ну, смейся надо мной, смейся в глаза! Приходите ко мне обедать, пейте мое вино и ругайтесь, смейтесь надо мной — я того стою. Но разломать грудь у смешного человека, вырвать сердце, бросить под ноги и растоптать его! Ох, ох! Как мне жить! Как мне жить!
Б) Что вы говорите! Разве вы забыли? Так я вам опять повторю все с начала. Я год страдала, год не могла забыть вас, жизнь стала для меня пуста; я решилась, наконец, выйти замуж за Карандышева, чуть не за первого встречного. Я думала, что семейные обязанности наполнят мою жизнь и помирят меня с ней. Явились вы и говорите: «Брось все, я твой». Разве это не право? Я думала, что ваше слово искренне, что я его выстрадала
В) Это душевное состояние очень хорошо, я с вами не спорю; но оно непродолжительно. Угар страстного увлечения скоро проходит, остаются цепи и здравый рассудок, который говорит, что этих цепей разорвать нельзя, что они неразрывны.
Г) Лжете. Я любви искала и не нашла. На меня смотрели и смотрят, как на забаву. Никогда никто не постарался заглянуть ко мне в душу, ни от кого я не видела сочувствия, не слыхала теплого, сердечного слова. А ведь так жить холодно. Я не виновата, я искала любви и не нашла... ее нет на свете... нечего и искать. Я не нашла любви, так буду искать золота. Подите, я вашей быть не могу.
Д) Если бы Лариса Дмитриевна поехала, я бы, с радости, всех гребцов по рублю серебром оделил.

Автор описывает детей с большой любовью и нежностью: “Они были очень милые”; “И какие это были умные детишки! ”; “наши любимцы. Ласковое прозвище “золотая курочка” придает описанию Насти сказочную прелесть. Эффект усиливают уменьшительные суффиксы в словах: “курочка”, “ножки”, “монетки”, “носик”, “чистенький”, “веснушки”. Митраша описан по-другому. Главное в его описании - мужские, волевые качества. Прозвище “Мужичок-в-мешочке” означает, что Митраша, хотя и невелик пока, но уже обладает качествами “мужичка”.
Автор сравнивает детей с действиями их родителей. Настя, “как и покойная мать”, “вставала далеко до солнца”, “выгоняла своё любимое стадо”, топила печь, готовила обед, “хлопотала по хозяйству до ночи” Митраша “выучился у отца” делать деревянную посуду, “на нем лежит и всё мужское хозяйство и общественное дело. Он бывает на всех собраниях, старается понять общественные заботы. ”
Дети подражают поведению своих родителей. Митраша вспоминает, “как отец наставлял его мать” и пытается учить Настю. Настя ведет себя подобно покойной матери: не спорит с Митрашей, улыбается, тот “начинает злиться и хорохориться”. Настя сначала поддразнивает, потом ласково гладит брата по затылку. Маленькая перепалка заканчивается примирением и дружной работой.

Я очень люблю русские народные сказки и былины. Поэтому особенно тепло отношусь к творчеству Виктора Михайловича Васнецова. Мне известно, что это многоплановый художник: он и мастер монументальной живописи, и архитектор. Но особенно интересен был ему мир поэтических русских сказок, былин и легенд, в которых отражена душа нашего народа, его мечты и чаяния. К этому волшебному миру Васнецов обратился первым из русских художников, создав свои знаменитые эпические полотна: “Богатыри”, “Аленушка”, “После побоища”. Эти картины воистину стали народными, символами красоты и силы русского народа. В своих картинах-сказках Васнецов широко использовал специфику самого жанра живописи. Ни в музыке, ни в слове нельзя со всей ясностью показать внешность людей, их движения, выражения лиц, покрой и цвет костюмов, форму и цвет предметов и т.д. Живопись дает художнику такие возможности. Однако живопись не может изобразить действие, развернутое во времени. Художник должен выбрать один характерный момент, важный для всего повествования в целом. Мне 'кажется, Васнецову удалось в своем творчестве преодолеть этот временной барьер. Он насыщает сюжет картины-сказки такими подробностями, о которых не упоминается в литературном тексте, превращает его в сложную, многогранную красочную композицию. В картине “Царевна-лягушка”, например, во время своего знаменитого танца на царском пиру Василиса Премудрая по тексту сказки “махнула левой рукой — сделалось озеро, махнула правой — поплыли по воде белые лебеди...”. Взглянув на картину и сравнив ее с литературным текстом, сразу же обнаруживаешь на картине новые детали: кроме сидящих на воде лебедей, на втором плане вслед за облаками летит еще пара белоснежных птиц, а вдали синеет лес и золотится пшеничное поле. Эти дополнительные детали создают ощущение действия, развернутого во времени и даже пространстве. Присутствие на картине облаков как бы сообщило птицам энергию движения. Сама Василиса Премудрая изображена в момент перед свершением очередного чуда. То есть предполагаемое движение руки держит нас в ожидании следующего действия. Я видел рисунки других художников на эту тему. Они рисовали героиню в момент, когда птицы вылетают их ее рукава. Но, к сожалению, несмотря на всю внешнюю обозначенность действия, самого действия, увы, не ощущается. Поэтому опыт Васнецова несомненно уникален