Движется нахмуренная туча,
Обложив полнеба вдалеке,
Движется, огромна и тягуча,
С фонарем в приподнятой руке.
Сколько раз она меня ловила,
Сколько раз, сверкая серебром,
Сломанными молниями била,
Каменный выкатывала гром!
Сколько раз, ее увидев в поле,
Замедлял я робкие шаги И стоял, сливаясь поневоле С белым блеском вольтовой дуги!
Вот он — кедр у нашего балкона.
Надвое громами расщеплен,
Он стоит, и мертвая корона Подпирает темный небосклон.
Сквозь живое сердце древесины Пролегает рана от огня,
Иглы почерневшие с вершины Осыпают звездами меня.
Пой мне песню, дерево печали!
Я, как ты, ворвался в высоту,
Но меня лишь молнии встречали И огнем сжигали на лету.
Почему же, надвое расколот,
Я, как ты, не умер у крыльца,
И в душе все тот же лютый голод, И любовь, и песни до конца!
Н. А. Заболоцкого мы больше представляем по стихотворению «Не позволяй душе лениться», «расхватанному» на афоризмы и цитаты. На самом деле поэт многотемен. В его лирике нашли отражение такие темы, как взаимоотношения человека с природой, с миром животных и растений, проблема любви, гуманизма.
Поэт на протяжении своего творчества сохранял верность русской классической традиции. Н.А. Заболоцкий интересен тем, что в своей жизни и в творчестве неустанно открывал для себя традиции русской литературы, поэзии и прозы: Чехова, Достоевского, Толстого и, конечно, Тютчева, Бунина, Пушкина. Он один из немногих современных поэтов, кто умел органично вводить в свою эстетическую систему переосмысленные заново — в соответствии со своей жизнью — вечные образы.
Название и динамика сюжета «Гроза идет» в чем-то напоминают строки стихотворения «Весна идет...». Для поздних стихов поэта были характерны такие «заимствования», указывающие на связь его творчества с творчеством классиков.
Композиционно произведение можно разделить на три части. В первой описывается наступление грозы. Но это не гроза в тютчевском понимании, когда «весенний первый гром, как бы резвяся и играя, грохочет в небе голубом». У Заболоцкого надвигающаяся в полнеба туча сродни приближающейся стихии. Ее описание точно, метко, выразительно:
Движется нахмуренная туча,
Обложив полнеба вдалеке,
Движется, огромная и тягуча,
С фонарем в протянутой руке.
Свежие метафоры, олицетворения создают зримые образы, «втягивают» в рассказ, порождают любопытство: «обложив полнеба», «с фонарем в протянутой руке».
Вторую строфу уже невозможно интерпретировать буквально. В ней ведется рассказ от лица лирического героя, иносказательно повествующего о жизненных грозах на своем пути:
Сколько раз она меня ловила,
Сколько раз, сверкая серебром,
Сломанными молниями била,
Каменный выкатывая гром!
Что передает автор в этих строфах? Не факты ли собственной биографии? Он сформировался как поэт к середине 20-х годов XX века. В Ленинградском педагогическом институте имени А. И. Герцена его студенческие годы — годы трудные, но полные надежд. Здесь же, в Ленинграде, вышел его первый сборник «Столбцы», утвердивший нового лирика в советской литературе. А потом? Потом начинается отсчет первых мгновений, часов, дней трагической судьбы: арест по ложному обвинению органами НКВД в марте 1938 года, заключения, лагеря, ссылки, на целых восемь лет оторвавшие его от нормальной человеческой жизни. 1946 год — год освобождения, приезд в Москву и новые трудности и испытания. Для осуществления творческих планов осталось слишком мало времени. Жизнь оказалась короткой...
Сколько раз, ее увидев в поле,
Замедлял я робкие шаги И стоял, сливаясь поневоле С белым блеском вольтовой дуги!
Обнаженный гротеск метафор, эпитетов характеризует, с одной стороны, метаморфозы жизненного пути их создателя, с другой — указывает на специфику, индивидуальность поэта.
Вторая (условно) часть композиции стиха — развернутое сравнение собственной судьбы с кедром:
Вот он — кедр у нашего балкона,
Надвое громами расщеплен,
Он стоит, и мертвая корона Подпирает темный небосклон...
Душа человеческая сравнивается с деревом, в котором «сквозь живое сердце древесины пролегает рана от огня». Затем лирический герой вновь проводит параллель своей судьбы с «деревом печали»:
Я, как ты, ворвался в высоту,
Но меня лишь молнии встречали И огнем сжигали на лету.
Все у Заболоцкого суть сложный мир. Даже обычное дерево поражает поэта пережитыми непростыми испытаниями.
Завершающим аккордом повествования становится вера, она «прорывается через лютый холод» окружения. Стихотворение уверяет читателя, что для истинного поэта главное — «и любовь, и песни до конца». Ассоциации, параллель между явлениями природы и состоянием души построены автором так, что граница между ними стирается, исчезает. Стихотворение «Гроза идет» отличает глубокий символический смысл. Глубокое же «свечение» мысли поддерживается безупречностью, выдержанностью формы, внешне спокойным «лицом» стиха.
