ДАЮ 90 БОЛОВ!
скласти сенкан до твору "думка" та "кліві"

​

Более чем справедливо, поскольку Грушницкий – представитель целого разряда людей – по выражению Белинского, – имя нарицательное. Он из числа тех, которые, по мнению Лермонтова, носят модную маску разочаровавшихся людей.

Меткую характеристику Грушницкому дает Печорин. Он, по его словам, позер, выдающий себя за романтического героя. «Его цель – сделаться героем романа», говорит он «пышными фразами, важно драпируя в необыкновенные чувства, возвышенные страсти и исключительные страдания. Производить эффект – его наслаждение».

С одной стороны, Грушницкий – реальный и весьма распространенный жизненный тип, с другой же – это до предела «внешненний» двойник Печорина. Чем больше между ними внешнего сходства, тем разительнее их внутренняя полярность. Если Печорин – лицо, то Грушницкий – личина. Именно поэтому так непримиримо относится Печорин к Грушницкому.

Грушницкий по своей натуре мелок и завистлив; он не может простить Печорину того, что тот понял его сущность; он на любую подлость нанести удар ножом в спину. Печорин это предчувствует и пишет в своем дневнике: «Я его так же не люблю: я чувствую, что мы когда‑нибудь с ним столкнемся на узкой дороге, и одному из нас несдобровать».

Печорин последовательно и неумолимо лишает Грушницкого его павлиньего наряда, снимает с него взятую напрокат трагическую мантию, ставя в истинно трагическую ситуацию, чтобы «докопаться» до его душевного ядра, разбудить в нем человеческое начало. При этом Печорин не дает себе ни малейших преимуществ в организуемых им жизненных «сюжетах», требующих от него, как и от его партнеров, максимального напряжения духовных и физических сил. В дуэли с Грушницким он преднамеренно ставит себя в более сложные и опасные условия, стремясь к объективности результатов своего смертельного эксперимента, в котором рискует жизнью не меньше, а больше противника. Благородство сочетается с беспощадностью: «Я решился, – говорит он по ходу их дуэльного и душевного поединка, – предоставить все выгоды Грушницкому; я решил испытать его; в душе его могла проснуться искра великодушия и тогда все устроилось бы к лучшему…». Однако тут же он справедливо замечает: «Но самолюбие и слабость характера должны были торжествовать!» Казалось бы, Печорин здесь не сомневается: характер человека – это и есть его судьба. Печорину важно, чтобы выбор был сделан предельно свободно, из внутренних, а не из внешних побуждений и мотивов. Создавая по своей воле экстремальные пограничные ситуации, Печорин не вмешивается в принятие человеком решения, предоставляя ему возможность абсолютно свободного нравственного выбора, хотя совсем не безразличен к результатам. Так он замечает: «я с трепетом ждал ответ Грушницкого,… Если б Грушницкий не согласился, я бросился бы ему на шею». Это право свободного выбора он много раз предоставлял по ходу дуэли Грушницкому: «Теперь он должен был выстрелить на воздух, или сделается убийцей, или, наконец, оставит свой подлый замысел и подвергнется со мной одинаковой опасности». Но Грушницкий все‑таки выстрелил: «пуля оцарапала мне колено» – комментирует Печорин. Теперь ответный удар за ним. И он беспощадно убивает противника. Окровавленный труп Грушницкого скатывается в пропасть. Но победа не доставляет никакой радости Григорию, свет меркнет в его глазах: «Солнце казалось мне тускло, лучи его меня не грели».

В романе «Герой нашего времени» реалистически изображены природа Кавказа, быт и характеры горцев. Величественные горы, вершины, покрытые снегом, глубокие ущелья, куда страшно заглянуть, быстрые горные реки, реалистические детали воинственного быта, обычаев горцев все это предстает перед нами на страницах романа. В романе Лермонтова правдиво обрисованы и жестокие нравы, с древности бытовавшие в горных селениях, и даны верные описания сурового образа жизни горцев, их бедности: «Сакля была прилеплена одним боком к скале; три скользкие, мокрые ступени вели к ее двери. Ощупью вошел я и наткнулся на корову… у огня сидели две старухи, множество детей и один сухощавый грузин, все в лохмотьях… » Такую картину увидел Печорин, когда вошел в грузинскую хижину. Горцы на страницах романа предстают в описании Максима Максимыча и Печорина. Печальную повесть о Бэле мы слышим из уст Максима Максимыча. Он же рассказывает нам о Казбиче и Азамате, о нравах и обычаях горцев. На этих рассказах лежит, однако, печать известной ограниченности понятий Максима Максимыча. Для него «черкесы» (так тогда называли всех жителей гор) — «головорезы» и «отчаянные башки» . И все же Максим Максимыч не может не одобрить, например, того, что горцы чрезвычайно гостеприимны. Как ни старается Максим Максимыч «унизить» Казбича (к «рожа у него разбойничья» , и его Карагез — «уж такая разбойничья лошадь») , но из этих рассказов о Казбиче встает образ сильного, смелого джигита, для которого «молодецкая воля» — самое дорогое в жизни. Рисуя характер Казбича, Лермонтов дает его портрет в реалистическом плане. За обыденной внешностью чувствуется сила: «маленький, сухой, широкоплечий» , «бешмет в заплатах, а оружие в серебре» , угадывается незаурядный характер. Равнодушный к деньгам, он больше всего ценит свободу, мужество, удальство, бранные подвиги. Отсюда его привязанность к коню Карагезу, любовь к оружию. Казбич — человек решительных и молниеносных действий, не забывать причиненное ему зло. Он жестоко мстит за украденного коня: убивает отца Азамата и Бэлу. Но Казбич не романтический злодей. В его поступках отражается уклад жизни горцев, обычай которых властно требовал отмщения за оскорбления и обиды. Казбич — цельная, верная себе натура, между его сознанием и поступками нет разрыва, это не испорченный противоречиями цивилизации естественный человек, а сложившийся в соответствии с простыми и ясными внушениями самой природы. Переживания его полны страстной воли, привязанности его неподкупны.