Давид Самойлов тоже был двадцатилетним, когда началась война. Но первую книгу он выпустил только спустя тринадцать лет после войны. В 1963 году он выпустил следующую книгу, которая называлась «Второй перевал» . Она открывалась стихотворением, которое стало художественным паролем всего творчества Самойлова, — «Сороковые» . В первых двух четверостишиях мы видим Русскую землю как бы с высоты, в которой «просторно. Холодно. Высоко» . С востока на запад, к линии фронта, идут бесконечные эшелоны с оружием, боеприпасами, пополнением в войска. Колеса вагонов стучат на стыках рельс. Рельсы гудят от только что поезда. А с запада на восток по дорогам движутся беженцы из районов, уже занятых фашистами, люди, у которых сгорели их дома. Многие семьи уже получили похоронки, то есть извещения о том, что мужья или сыновья погибли на фронте. Затем крупным планом мы видим солдата на полустанке. Может быть, он только что выписался из госпиталя и ждет отправки на фронт. Мы видим бытовые, будничные подробности: «замурзанную ушанку» с вырезанной из банки звездочкой — не по уставу, «табак в кисете» , «мундштук наборный» . Таким образом, в начале стихотворения поэт показывает нам землю как бы сверху. Затем на огромном пространстве, которое пришло в движение, мы видим маленькую точку-полустанок, на котором находится герой стихотворения. На фоне великой, пришедшей в движение страны он «худой, веселый и задорный» . Он шутит с девчонкой и делится с ней своим солдатским пайком: «И пайку надвое ломаю... » Затем мы видим эти годы из других, послевоенных времен глазами человека, который пытается осмыслить пережитое: Как это было! Как совпало — Война, беда, мечта и юность! И это все в меня запало И лишь потом во мне очнулось!. . В этой строфе выражена мысль о том, что юность целого поколения, время, когда люди мечтают о жизни, совпало с великой трагедией народа, и желание жить заставляло людей умирать ради жизни других. В последней строфе смерть вновь противопоставлена молодости и желанию жить: Война гуляет по России, А мы такие молодые!
